– А нас вы заставляете учить наизусть.

Снэйп стряхнул с ладони остатки чёрного порошка.

– Вам пересказать курс зельеварения за семь лет? Поверьте, я никогда не спрашиваю с учащихся того, чего не знаю сам… - мастер зелий сверился с книгой.
– И одна унция мятного масла.

Снэйп взял колбу и плеснул часть его содержимого в котёл.

– Как вам это удаётся?

– Что?

– Вы можете на глаз определить, сколько чего необходимо?

– По-вашему, я напрасно столько лет ношу звание мастера зелий?

– Нет, профессор.

Снэйп помешал в котле, отложил ложку на длинной тонкой ручке и обернулся к Гарри.

– Вы уже скажете мне, в чём дело, Поттер, или по-прежнему будете изображать поруганную добродетель? Что же вы молчите? Вы ведь хотели со мной поговорить. Сейчас мы одни. Никто нам не помешает. Говорите, как есть. Чем вы недовольны?

Гарри не ожидал такого наступления и несколько растерялся.

– Ну же, Поттер.

– Почему бы нам просто…

– Во-первых: мы договаривались об одной ночи, и вы поклялись больше никогда не возвращаться к этому. А во-вторых, если я в очередной раз начну с вами просто разговаривать, вы опять Мерлин знает что себе насочиняете. У вас, знаете ли, талант - ставить всё с ног на голову.

– У вас тоже, - тихо ответил Гарри.
– Я прекрасно помню о своём обещании и не собираюсь ни о чём вас просить.

– Неужели? А что же вы, в таком случае, хотите?

– После всего, что было… Почему мы не можем… быть друзьями?

Когда он произнёс слово «друзья», у Снэйпа стало такое лицо, будто Гарри сказал какую-то несусветную чушь.

– Друзьями? И что вы предлагаете? Возобновить наши чаепития? Я физически не в силах тратить время на праздное сидение за столом. В моих сутках и так по двадцать восемь часов, из которых на сон я трачу только четыре. Если угодно, можете называть меня по имени. Вы станете? Конечно же, нет. Мне привычнее обращаться к вам по фамилии, а вы называете меня «профессор», и нам обоим это удобно. Вы хотите, чтобы я общался с вами, как с другом? Этого не будет.

– Но что такого, если?..

– Я вам объясню, что такого, Поттер, - почти мягко сказал Снэйп.
– Я не меньше вас жажду, чтобы вы избавились от своей навязчивой идеи. Но боюсь, пока я стану изображать вашего доброго друга, вы продолжите тешить себя пустыми надеждами. Думаю, нам стоит ограничить общение рамками учитель-ученик. Ни к чему усложнять наши и без того запутанные отношения, не так ли? Не будем постоянно возвращаться в прошлое. Там нет ничего приятного ни для одного из нас.

– Но ведь это было, - возразил Гарри.
– Скажите, что вам никогда не хотелось повторения той ночи. Просто скажите, профессор, и тогда я…

– Я говорю вам, что мне никогда не хотелось повторить ничего из содеянного мной той ночью, - с дьявольской отчётливостью проговорил Снэйп.
– Теперь вы довольны?

Гарри вспыхнул.

– Да. Но почему вы считаете, что мне от вас не нужно ничего, кроме секса?

– Даже если вы действительно хотите от меня чего-то большего, Поттер, я не смогу дать вам ничего, кроме секса. Поймите это, наконец!

Гарри отвёл глаза.

– Между нами ничего не было, нет и не будет. Ясно? Я вижу, вы желаете и дальше блуждать в своих иллюзиях. Ваше право, но меня от этого увольте. Если вам больше нечего мне сказать, то давайте отправимся в Хогсмид. Мистер Малфой будет расстроен, если вы явитесь слишком поздно. Он уверял меня, что вы его почётный гость.

Гарри посмотрел на Снэйпа и ничего не ответил.

Мастер зелий погасил огонь под котлом, убрал книгу на полку и обернулся к гриффиндорцу.

– Поверьте, мне это не доставляет никакого удовольствия. Равно, как и вам. Мне жаль вас, Поттер. Меньше всего на свете я хотел стать причиной ваших фантазий. Должно быть, я в самом деле вёл себя неправильно и позволил вам надеяться на что-то.

– Вы тут ни при чём.

– О, я рад это слышать. Но раз вы отказываетесь подчиняться здравому смыслу…

– Вы говорите так, словно вам известен секрет, как подчинить это чувство здравому смыслу!
– в сердцах крикнул Гарри.

– Здесь нет никакого секрета, - пожал плечами Снэйп, надевая отороченную мехом зимнюю мантию.
– Достаточно лишь перестать потворствовать своим слабостям.

– Скажите, а когда Люциус Малфой соблазнял вас вступить в ряды Упивающихся, вы часто вспоминали о здравом смысле?
– глухо спросил Гарри.

Снэйп смерил его взглядом.

– Вы изволите сравнивать две разные вещи.

– Разные?

– Да.

– И в чём же различие?

– То, что случилось между мной и Люциусом - было взаимно.

– Но я не прошу взаимности. Мне ничего не нужно, только быть с вами. Хоть изредка. Всё, что я хочу - это чтобы вы не смотрели на меня, как на пустое место.

– Всё, Поттер, хватит.

– Почему?

– Хватит.

– ПОЧЕМУ?

– Потому что я этого не хочу, - мягко ответил Снэйп, и Гарри медленно отступил от него.
– И давайте договоримся впредь никогда не возвращаться к этому разговору.