– Я думаю, всё обойдётся. Знаешь, что бы началось, если б все верили тому, что Фред с Джорджем говорят в этом чёртовом шоу?

Гарри решительно встал с пола и произнёс довольно храбро, но неровным голосом:

– Ладно. Думаю, что лучше всего вести себя так, словно ничего не случилось. Вряд ли Снэйп станет убивать меня при всех. А если и станет, то обещай, что не будешь его оттаскивать.

Вид у Джинни был встревоженный и озабоченный, прямо как у Молли, когда речь заходила о близнецах. Гарри внезапно подумал, что Джинни чертовски красива. И сообразил, что она стоит очень близко. Так близко, что наверняка чувствует, как его это волнует… «Всё. Сейчас она... Это надо прекратить, я не выдержу...»

– Гарри...
– Джинни осторожно положила руки ему на грудь.
– Я хотела спросить... То есть... Я имею в виду, ты же сейчас ни с кем не встречаешься...

Гаррино сердце ухнуло куда-то вниз. «Я этого не вынесу. Я с собой просто не справлюсь!» Она была уже совсем близко. И Гаррины руки обвились вокруг её талии, словно их притягивало каким-то сильным заклинанием. «Какая она... Потрясающая. Господи. Я же сейчас...»

Джинни потянулась к нему, но Гарри впился в её губы раньше, чем она успела коснуться его рта. Мысли понеслись в голове безудержной каруселью. «Джинни-Джинни-Боже... Я-не-имею-права-ведь... Ты-подумаешь-что-я... Что-ты-мне-всерьёз-нравишься-и-ты-решишь... Но-мне-просто-это-нужно... Просто-нужно-ЭТО...» Гарри понял, что ещё мгновение, и Джинни почувствует, как ей в живот упирается... «Если она уже не... О, нет... Здесь кто-нибудь увидит. Не хватало только после всего, чтобы Снэйп...» СНЭЙП. Гарри отпустил её и отступил, пытаясь справиться с дыханием.

– Извини, но мы, по-моему, что-то не то делаем... И место... И время тоже...
– он уже почти ожидал, что Джинни рассердится, но она кивнула, хотя лицо у неё было какое-то застывшее, словно девушка с трудом сдерживалась, чтобы не сорваться.

– Время и место на самом деле неподходящие, - произнесла она.
– Я просто хотела сказать, если тебе вдруг понадобится... Ну, расслабиться, понимаешь? Просто найди меня.

– Джинни, я... Спасибо, конечно, но я не могу...
– запинаясь произнёс он.
– Я не уверен, что готов к новым отношениям. Извини, но нам лучше не... Я не хочу, чтобы с тобой из-за меня что-нибудь случилось. Прости меня.

– За что ты просишь прощения?
– она смотрела ему в глаза, словно ожидая чего-то... Но чего?

– За... Я...
– Гарри видел, что Джинни сейчас сорвётся, и он потеряет единственного человека, который искренне ему сочувствует... Не важно, по каким причинам.
– Джинни, я не хочу, чтобы твои родители волновались. Твой папа и так во вред себе заступается за меня. Это было бы просто непорядочно с моей стороны.

– Непорядочно?
– переспросила она, и глаза у неё опасно потемнели. От сдержанности не осталось и следа.
– Да отец делает это только из-за мамы! Он страшно боится. Не знаю только, кого больше - тебя или тех психов, которые жгут дома! Когда к нам прилетела сова от Дамблдора... Ну, с письмом, что ты в надёжном месте и выздоравливаешь... Папа не слишком этому обрадовался!

– Мне трудно его винить, - негромко ответил Гарри.
– Раз так, я должен быть ему вдвойне благодарен. Представляю, чего это ему стоит.

Джинни изменилась в лице.

– Ты всегда был таким великодушным, - сказала она сквозь зубы, и Гарри с удивлением услышал в её голосе нотки, присущие Драко Малфою.
– Но нельзя же постоянно всех прощать! Это тебя погубит, в конце концов! Мама права!

– Джин, я...

– Да отец бы и рта не открыл, если б мама его не пилила с утра до ночи! Он просто знает, что она его со свету сживёт, поэтому и мямлит там что-то вслед за Дамблдором...

Гарри потрясённо уставился на Джинни. Девушка решительно сжала губы и смотрела на него так, словно ждала какой-то реакции, но никак не могла её дождаться. И, похоже, так и не дождалась.

– Гарри, я думала, что ты уже достаточно взрослый, чтобы правильно оценивать ситуацию... А что касается моего предложения, так не волнуйся, я не имела в виду ничего особенного. И этот поцелуй тебя ни к чему не обязывает.

Джинни одарила его очень странным взглядом и решительно покинула убежище за статуей.

Гарри понадобилось некоторое время, чтобы прийти в себя и уложить в голове всё, что на него свалилось. Больше всего его потрясло не само предложение Джинни, а ее тон. Словно он слышал Малфоя... Или отдалённое эхо слов Снэйпа...

«И тем не менее, со мной всё нормально. Мне по-прежнему нравятся девушки. (А я по-прежнему нравлюсь Джинни!) А Малфой... Это был всего лишь плохой сон. Сон. И об этом надо просто забыть. Мне сейчас есть, о чём подумать».

Гарри вышел в коридор, немедленно отключил периферийное зрение, упёрся взглядом в пол и направился к переходу, ведущему к библиотеке. «Я не должен прятаться». Путь до соседнего крыла дался Гарри с трудом. Учеников ему попалось немного, но пялились они на него так, что Гарри кожей чувствовал их взгляды. «К чёрту вас всех... Ничего не случилось. Всё в порядке. Всё будет хорошо».

Чтобы не отвлекаться ни на какие внешние раздражители и не думать о предстоящем зельеделии, Гарри решил считать про себя. Ему с детства была знакома эта тактика: когда Дурсли начинали изводить его нотациями, Гарри немедленно отключался и считал, считал, считал... Это помогало не слушать. Это помогало не думать. Очень действенный рецепт... Гарри взял в библиотеке справочник, который посоветовала Гермиона, и побрёл обратно. «Теперь надо заставить себя пойти на зелья... Не знаю, как, но я должен туда пойти и вести себя, как ни в чём не бывало... Восемьсот тридцать один, восемьсот тридцать два...»