– А, это крэйзанутый такой? Я его видел на одном приеме.

В камине вспыхнуло зеленое пламя, и Гарри подскочил, тут же приняв нормальную позу.

Голова незнакомой молоденькой девушки поворачивалась в огне, внимательно оглядывая комнату: найдя Гарри, девушка впилась в аврора цепким взглядом:

– Вы - Гарри Поттер?

– А поздороваться?
– проворчал Зик со своего места.

– Да, я Гарри Поттер, - проговорил Гарри, соображая, что нужно посетительнице.

Не очень-то приятный у нее был тон. Напористый и невежливый.

– Когда вы найдете убийцу моего отца?! Его убили два с половиной месяца назад, а вы до сих пор ничего не сделали?!

– Мы делаем все, что можем, - дементор, видимо, это была дочь Джеда Брэстеда.

– Вы ничего не делаете! Ничего!!! Сидите в своем отделе и пишете цифирки в отчете!

– Девушка, да вы с ума сошли?!
– вступил в беседу рассерженный и ошарашенный Зик Мэдривер.
– Вы хоть представляете вообще, чем мы тут занимаемся?

– Оставь, - Гарри резко взмахнул палочкой и прервал связь.
– Не стоит оно того.

Он встал и прошелся по кабинету, остановился возле фальшивого окна. Лондон, как всегда, радовал серой простыней смога, растянувшейся над городом, неба за этой пеленой было не разглядеть; в пространстве между грязным асфальтом проглядывала разъезженная рубчатыми шинами глинистая земля.

– Нас еще на собрании будут песочить по полной программе. И за раскрываемость, и за… другие вопросы.

Аврорское собрание началось в пять.

Лавочки потихоньку заполнялись народом - все, как один, в синих мантиях, жужжат, переговариваются по бытовым и рабочим вопросам, спрашивают о закупке подарков к Рождеству.

К Гарри несколько раз подходили поговорить, но он вяло отмахивался, а Мэдривер рядом объяснял, какой тяжелый у них сегодня был день.

– Друзья, попрошу внимания, - обратился к подчиненным Милтон Фриз, - прежде всего, хочу поздравить всех здесь присутствующих с наступающим Рождеством!

– А ПОДАРКИ БУДУТ?
– кто-то усилил голос с помощью «сонорус», и авроры одобрительно засмеялись реплике, некоторые даже зааплодировали.

– Тем, кто хорошо работал в этом году, будут, - ответил ничуть не смутившийся Милтон Фриз.
– Премия будет. Ну а тем, кто весь год ленился и плохо себя вел… Вот давайте как раз перейдем к примерам.

Пока Главный Аврор читал по бумажке цифры из отчетов, Гарри чуть не уснул: только тычки локтем в бок от бдительного Мэдривера не позволяли ему упасть со скамьи.

Разлепил веки Гарри лишь к шестому пункту повестки дня; молодая симпатичная ведьма бодро говорила о перспективных планах создания еще одного отдела.

Следующий пункт, «Разное», включал в себя как раз скандальную статью в «Ежедневном пророке».

Едва ведьма сошла с трибуны, Гарри соскочил со скамьи и пошел вниз, обгоняя следующую выступающую, Мэдисон Скалье - профорга. Он развернулся лицом ко всем аврорам, видя перед собой ряды синих мантий, приложил к горлу палочку, прошептав «Сонорус». Зик со своего места показал ему колечко из указательного и большого пальцев; он не знал, что затеял напарник, но верил в него.

Обводя взглядом лица, Гарри заметил сидящую тут любопытствующую Руфь, секретаря Главного Аврора, напряженного, подавшегося вперед Ральфа Рубестуса, удивленную Мэдисон, замершую посреди прохода, друзей и знакомых из Криминального и других отделов, всех прочих, преклонявшихся перед ним, восхищавшихся им, завидовавших ему, ненавидевших его и к нему равнодушных. И он сказал - громко, на весь Зал Заседаний, и его слышали все, кто присутствовал здесь:

– Переходя к седьмому пункту. Да, я сплю с Драко Малфоем. В этом Рита Скитер права. Кто-нибудь считает, что это его дело?

Зал молчал - все глядели на Гарри.

Подождав с четверть минуты, он опустил палочку и сошел с трибуны.

– И КАК ОН В ПОСТЕЛИ?
– прогремел из рядов чей-то голос.

Послышались смешки, Милтон Фриз, наконец, выскочил из-за своего стола и завопил, оглушая всех усиленным заклинанием голосом:

– ДА ЭТО ЧТО ТАКОЕ? ЗДЕСЬ АВРОРСКОЕ СОБРАНИЕ ИЛИ БАЛАГАН?!! МИССИС СКАЛЬЕ, БУДЬТЕ ДОБРЫ, ПРИСТУПАЙТЕ К ДОКЛАДУ!

– Неплохо, - пробормотал Гарри, не заботясь о том, чтобы его ответ кто-нибудь услышал.

И пошел по ступеням вверх, покидая собрание.

[* - «тяжелое детство, скользкий подоконник» - традиционное оправдание для всех злодеев и маньяков. Дескать, из детства он вынес комплексы; еще когда он был грудным младенцем, он упал с подоконника и ударился головой].

Глава 7

– Ты встретился с ним, как ты говоришь, в баре. С чего это он вдруг начал к тебе приставать? Потом он пришел к тебе домой. Заметь, опять-таки, сам. Все это выглядит так, будто ему от тебя что-то нужно. Не удивлюсь, если он использует любовные чары или амортентию, - Гермиона, встав из кресла, расхаживала по гостиной дома на Гриммаулд-Плейс, заложив руки за спину.