Гарри долго не понимал, о чем речь, а поняв, рассердился.

– Это был не заём, а подарок, - тихо сказал он, - и если вы этого не понимаете, парни, то вы просто пара свиней.

Он впечатал пергаментный лист раскрытой ладонью в лицо Джорджа Уизли, тот вскрикнул, вскинув руку, из носа закапала кровь:

– Это деньги за смерть Седрика Диггори, и будь я проклят, если они мне нужны, - давненько уже Гарри так не злился.

Приступ очищающей злости бодрил, наждаком пройдясь по закисшему в рефлексии сознанию, сдирая пленку малодушия и выросшую миролюбиво-конформистскую плесень, - перед Уизли снова стоял тот командир, что без колебаний вел свой отряд, вчерашних студентов, юных Фениксов Дамблдора, в бой против взрослых магов-Упсов.

– Остынь, командир, - сказал Фред миролюбиво, - кровью мы давно, вроде бы, побратались; снова лить, может, не будем? Мы друзья?

– Друзья, - ответил Гарри.
– Всегда друзья. И ты, и Джордж, и Рон, и Гермиона.

– Ну тогда как друг…

– Как друзья, - вмешался остановивший кровь Джордж.

– Мы должны…

– Сказать…

– Что ты…

– Сделал…

– Неудачный выбор, - хором.

Гарри посмотрел на близнецов: они были серьезны, как никогда. И на этот раз никто не давил - они действительно хотели лишь предупредить. Они действительно считали, что Малфой был плохим выбором. И Гарри заколебался…

Он может вернуться в семью Уизли хоть сейчас. Выйти, найти Джинни, поговорить с ней. Дом огласится ликующими воплями, Ольди будет прыгать от счастья.

Молли начнет плакать, Артур пожмет зятю руку, Флер начнет картаво восхищаться «английским романтизмом», и он будет жить в мире и покое, счастливый и обласканный, до конца дней.

Не будет никаких неожиданностей, никакой непредсказуемости, никаких грозных Темных башен с узкими амбразурами и роз с острыми шипами.

Покой и благоденствие. Навсегда.

И Гарри ответил:

– Это была неудачная шутка.

На этом инцидент с бочками, шутками, семейством Уизли и частично Драко Малфоем был завершен и больше не вспоминался.

[* - первоначальный капитал фирмы братьев Уизли состоял из денежного приза, полученного Гарри за победу в Тремудром Турнире, см. Дж.К.Ролинг «Гарри Поттер и Кубок Огня»]

* * *

Выбрав имя Гермионы в справочнике, Гарри нажал на кнопку с изображением трубки.

Одиннадцать щелчков; гудок. Подруга сейчас наверняка на работе, и возьмет она трубку или нет, зависит от того, чем именно она занята.

Экспериментами в лаборатории? Расчетами и прогнозами?

– Привет, Гарри, - нет, это не великая ведьмовская интуиция. Скромный маггловский определитель номера, который когда-то был роскошью, а теперь - одна из функций «по умолчанию».

– Привет, нацбез, - если бы Гарри мог, он бы нарисовал после слов смайлик.

– Надо встретиться. По поводу Драко Малфоя.

– О’кей, - согласился Гарри после краткой паузы. Повод его насторожил. Но Гермиона не будет ничего говорить по телефону.
– Во сколько ты сможешь?

– А ты?

– Я - в любое время после пяти. Я сегодня холостой человек; Драко у себя на приеме.

– Отлично, подъезжай за мной в шесть. Тебе удобно?

– Вполне. Мио… - Гермиона терпеливо ждала. Поколебавшись, Гарри все же спросил: - А так ты ничего не скажешь?

– Лучше при встрече. Потерпи до вечера, Гарри, ага? Всего тебе…

Нажав на кнопку отбоя, аврор все-таки нарисовал на дисплее смайл. Двоеточие и скобочка.

Точка, точка, запятая: вышла рожица кривая.

Вечер впереди явно сулил кривую рожу.

* * *

Наконец эти занудные лекции закончились. Гарри с облегчением спрятал в нагрудный карман изрисованный блокнотик, в котором появились шесть Сириусов и одна жертва аборта, подписанная «Малфой» - к счастью, она не двигалась, забросил в папку принципиарное перо и зачарованный пергамент, на котором писались все лекции (к вечеру записи исчезали), и пошел к выходу, сразу же попрощавшись с Лукасом.

Возле двери в коридоре, той самой, обитой истрепанными лентами, его ждал человек. Высокий рост, стать, темно-бордовая роба, черная мантия с красной подкладкой…

Трость с серебряным набалдашником и холодные серые глаза. Люциус Малфой, Мистер Айсберг собственной персоной.

Гарри молча смотрел на отца Драко, предоставляя тому необходимость заговорить первым.

– Мистер Поттер, - учтиво сказал старший Малфой. Старый лис умел быть обаятельным, когда сильно этого хотел.
– Я бы хотел с вами поговорить.

– Говорите, - пожал плечами аврор.

Проходившие КПК вместе с Гарри маги с любопытством приостанавливались, смотрели на странных собеседников, оглядывались и выворачивали шеи, уходя.