– Так, может быть, ты хочешь контактный бой? Без оружия?
– уходя от удара в низкую стойку.

Вместо ответа Гарри отбросил меч и попытался ударить Мастера. Тот снова подсек его и поймал уже на полу, сам не поднимаясь.

Они опять замерли. Гарри прикрыл глаза, вдыхая запах ссыпавшихся на него волос Люциуса. Сердце бешено стучало, заставляя задыхаться. Где-то внутри бурлил дикий, неконтролируемый восторг. Люциус с улыбкой прислушивался к дыханию мальчишки в своих руках. Захотелось увидеть его лицо.

Он мягко поднялся, выпуская Гарри из рук. Они разошлись по разные стороны. Каждый внимательно оглядывал другого. Гарри бросало в жар от того, как смотрел Мастер, как скалился и предупреждающе рычал. Он опять не выдержал первым, бросился, словно в пропасть. Люциус ловко отбил атаку, тихо посмеиваясь. Гарри лишь глухо зарычал и вновь кинулся вперёд. В первые секунды ему показалось, что всё получилось. Мастер был выше, и Гарри ударил его в солнечное плетение, послав магический импульс, чтобы усилить боль. Люциус согнулся и Гарри успел зафиксировать его, одной рукой перехватив за шею, второй блокируя, мешая двинуться. Люциус замер на секунду. Потом резко рванул вниз, перекидывая его через себя. Гарри с грохотом обрушился на каменный пол. Боль вышибла из него весь воздух, на какую-то долю секунды её вспышка ослепила, а когда он смог сфокусировать взгляд, то увидел над собой горящие серебром глаза. Слишком близко. Внутри поднялась волна душного, жадного возбуждения. Он чувствовал, как бёдра Мастера прижимаются к нему, удерживая на месте, как пальцы железным захватом впиваются в его запястье. Капля пота скользнула вниз, по плечу, и упала на ключицу Гарри. Люциус склонился над ним совсем низко. Почти касаясь губами его губ, всматривался в зелёные, горящие искрами серебра глаза. Впитывая в себя весь его страх, всё его желание…

Тренировка длилась три часа. Каждый раз после коротких схваток Гарри оказывался в объятиях Люциуса, наслаждаясь его близостью. Под конец, совсем обессилев, он оказался прижат лицом к холодной каменной стене, не имея возможности вывернуться, хотя бы повернуть голову или обернуться. Люциус грубо фиксировал предплечьем шею и затылок, вжимался в бёдра, борясь с искушением скользнуть рукой вниз, между стеной и телом Гарри, коснуться, почувствовать, что его возбуждение столь же явно и велико. Он с шумом втянул в себя воздух, наслаждаясь запахом разгоряченного, усталого юношеского тела. Все блоки рушились под напором фантазий, каким мог бы быть Гарри после физической близости, как бы стонал и извивался под ним, судорожно сжимая пальцами простыни.

Люциус грубо оттолкнулся от него, отстраняясь, и вышел из зала, оставляя одного, боясь, что не выдержит и возьмет прямо сейчас. Без подготовки. Прямо так. Зажатого у стены, уставшего и беспомощного. Чуть приспустив брюки, ворвётся в податливое тело, вопьётся зубами в смуглую, влажную от пота шею, вырывая хриплые стоны… Он забрал из раздевалки свои вещи и быстро поднялся наверх, в свои комнаты.

Гарри остался один в тренировочном зале. Не в силах стоять самостоятельно от усталости и возбуждения, он лишь смог развернуться, продолжая упираться в злополучную стену. Медленно сполз на пол, закрыл глаза, вдыхая оставшийся на себе запах Мастера. Руки мелко подрагивали, ноги стали как ватные. Просидев так несколько долгих минут, он с трудом поднялся и направился в душевую, где под горячими струями воды наконец смог прикоснуться к себе, представляя, что это не его ладонь ритмично двигается, принося наслаждение и облегчение, а ладонь Люциуса скользит по напряженно плоти…

С этого момента Гарри стал вести себя намного тише. Он всё так же избегал общей раздевалки и душевой с Мастером, но перестал так явно нарываться. Сами тренировки теперь делились на два типа. Те, где Люциус безжалостно гонял его, заставляя преодолевать себя, через «не могу» добиваться результатов в искусстве владения мечом. И те, которые случались примерно раз в месяц. Рукопашный бой. Контактный бой. Когда Гарри шалел от переизбытка эмоции и ощущений. Когда Мастер прижимался к нему, вроде бы невзначай касаясь его тела, даря нежданную ласку.

Люциус тем же вечером тихо вошел в комнаты Нарциссы. Он пришел в себя, успокоился. И первым делом решил исполнить своё давнее обещание. Теперь он был полностью уверен. Гарри - именно тот, с кем чувства и инстинкты соединят его до конца дней. Осталось лишь дождаться, когда Гарри войдёт в полную силу своего наследия. Только тогда можно будет полностью отпустить себя и насладиться близостью партнёра.

– Моя прекрасная леди, надеюсь, не помешаю?
– Люциус мягко улыбнулся.

Нарцисса ответила ему тёплой улыбкой:

– Нет. Вы такой редкий гость здесь.

– Я думаю, что вы этому рады, - Люциус тихо подошел ближе, вглядываясь в глаза жены.

Нарцисса еще раз улыбнулась. Теперь уже грустно и покачала головой, соглашаясь.

– Моя леди не будет грустить, если я покину её, когда всё закончится?

Нарцисса сделала пару шагов к окну, обернулась, бросив нечитаемый взгляд на мужа:

– Если вы заберёте с собой еще одного эльфа, то я буду даже рада. Мне кажется, в последнее время слишком уж много беспокойства и вы, и он приносите в семью.

– Неужели это так заметно?
– Люциус подошел к ней, осторожно положив ладони ей на плечи.

– Кто умеет видеть, тот увидит. Драко сейчас занят своими делами. Он ждёт, когда же наконец преодолеет черту, приняв наследие, и не видит ничего вокруг. Я надеюсь, вы же не оставите его одного в такой сложный момент.

– Нет, моя хорошая. Спасибо, - прошептал Люциус, нежно целуя жену в затылок.

Нарцисса на мгновенье нежно сжала его ладонь у себя на плече:

– Когда вы покинете нас?