«Бесстрашный» курсировал в паре миль от Орлеана, в надежде найти своего потенциального противника. Все надеялись, что Ниту держат на «Луче». «Бесстрашный» превосходил этот корабль более чем. А вот «Полярной звезды» все побаивались. Даже капитан не скрывал беспокойства. Кэндлесс был хорошим капитаном и не выказывал страха, но Гвоздарь видел, как каменело его лицо при одном упоминании этой шхуны, предназначенной для кругосветных путешествий. Понимая, что тогда бой будет неравным.

— Быстрая, и с зубками, — ответила Рейнольдс, когда Гвоздарь спросил ее про «Полярную звезду». — Бронированный корпус, ракеты и торпеды, которыми она нас может в клочья разнести так, что мы даже богу помолиться не успеем.

Объяснила, что «Полярная звезда», конечно, торговое судно, но хорошо вооруженное, чтобы противостоять сибирским и эскимосским пиратам по дороге в Японию через Северный полюс. Пираты были злейшими врагами торговых кораблей. Они безжалостно топили суда вместе с грузом в отместку за то, что с началом глобального потепления затопило их исконные земли. Белых медведей теперь там не было, и тюленей осталось мало, но с открытием морского пути появилась новая жирная добыча — торговцы с севера, коротким путем идущие в Европу, Россию и Японию и дальше, в Тихий океан. Это произошло, когда растаяли льды на Северном полюсе. Люди в Сибири и на Аляске внезапно стали морскими народами. Охотились за новой добычей точно так же, как в прошлом охотились во льдах на медведей и тюленей. И аппетит у них был ненасытный.

«Полярная звезда» была кораблем, который с радостью бросался в такие бои, иногда даже выманивая пиратов на себя.

Но, несмотря на слова Гвоздаря, Рейнольдс была уверена, что, скорее всего, они встретятся с «Лучом».

— «Полярная звезда» сейчас на другом конце света, — сказала она.

— Но Везучая Девочка…

— Мисс Нита могла и ошибиться. В шторм, уходя от преследования, любой может ошибиться.

— Везучая Девочка не дура.

Рейнольдс жестко глянула на него.

— Я ее дурой не называла. Сказала, что она могла ошибиться. По распорядку, «Полярная звезда» сейчас должна быть неподалеку от Токио, если ветер по дороге был благоприятный. Если не дальше.

На палубе продолжалась работа. Большую ее часть выполняла автоматика. Они могли поднимать и спускать паруса с помощью электрических лебедок с электронным управлением, питающихся от солнечных батарей. Сами паруса оказались вовсе не полотняными, они были сделаны из ткани, одновременно являющейся солнечной батареей, и давали энергию в систему корабля, в дополнение к энергии от солнечных батарей, покрывающих крыши кают. Но, несмотря на всю электронику и автоматику, капитан Кэндлесс постоянно тренировал команду. Чтобы они могли зарифить паруса и откачивать воду ручными насосами на случай, если корабль будет тонуть и вся электрика откажет. Клялся, что все технологии мира не спасут моряка, если он не умеет думать и не знает свой корабль досконально.

И экипаж «Бесстрашного» досконально знал свой корабль.

Моряки взбирались на мачты, проверяя лебедки и блоки, стирая ржавчину и заменяя износившиеся части. Рядом с Гвоздарем Кот и другой моряк заряжали огромную пушку Баккела, стоящую у носа, заталкивая в нее свернутый высотный парус, и проверяли моноволоконный канат, тонкий, как паутина, и прочный, как сталь, намотанный на сверкающую катушку, стоящую позади пушки.

Если кто и сожалел о товарищах, оставшихся на берегу, то все об этом молчали. Капитан как-то пробормотал, что пара человек из тех, что на борту, может, и предпочли бы служить другому хозяину, но сейчас это уже не имело значения. Они в море, и даже если недовольны, то пусть держат это при себе. Преданные сторонники Кэндлесса поддерживали порядок, и «Бесстрашный» продолжал рассекать воды залива в ожидании своей цели.

После первой ночи на койке у Гвоздаря с утра болела спина. Он не привык проваливаться в матрас, всю жизнь проспав на песке, пальмовых листьях или досках. Но уже после второй ночи почувствовал себя таким разнежившимся, что задумался, как же он будет спать, когда вернется на свой берег.

Мысль обеспокоила его. Когдаон вернется?

И вернется ли?

Если он вернется, его там будет ждать отец или люди из его команды. Они захотят расплаты. С другой стороны, никто на «Бесстрашном» ему не говорил, что он останется здесь навсегда. Он оказался в подвешенном состоянии.

Сноп брызг в лицо вывел его из раздумий. Корабль снова врезался в волну, вода окатила Гвоздаря, едва не сбросив с его насеста. Он заскользил по палубе, пока страховочный трос не остановил его, рывком. Он прицепил трос к рейлингу, чтобы его за борт не смыло, но огромные сине-зеленые волны раскачивали корабль с ужасающей силой. Прокатилась еще одна волна. Гвоздарь тряхнул головой, смахивая с глаз воду.

Рейнольдс засмеялась, глядя, как он подымается на ноги.

— Еще увидишь, что будет, когда пойдем полным ходом.

— Я думал, мы и так идем.

— Нет, — покачав головой, сказала она. — Вот когда выстрелим высотный парус, тогда увидишь. Тогда мы будем не идти, а лететь по морю.

— А почему не сейчас?

Она покачала головой.

— Нужен правильный ветер. Нельзя попросту палить из пушки Баккела, если не знаешь, куда дуют ветры наверху. Сначала запускаем воздушные змеи, чтобы проверить, а потом, если море в порядке и ветер в порядке… — она показала на пушку, — тогда и стреляем из этой малышки. И корабль выпрыгивает из воды, как подстреленный.