Шрифт:
– Мы работали вместе и встречались. Она была мне небезразлична.
– Сегодня вы виделись?
– Утром, по делам. После я ее не видел.
– У нее были недоброжелатели?
– Нет, ее все любили. Женя была очень легким в общении человеком. Объяснения она не откладывала в долгий ящик. Немного прямолинейная. Но это ее красило...
Шугуров сел за стол и закрыл лицо руками.
– Вы женаты?- Логинов сделал несколько пометок в блокноте.
– Да.
– Жена догадывалась о вашей связи?
– Конечно, нет! Я женат и счастлив в браке!- Шугуров посмотрел на него.
– Это ни о чем не говорит.
– Это сделал маньяк?- Спросил его Шугуров.
– Николай Андреевич, вы что-то недоговариваете,- Логинов пристально посмотрел на собеседника.- Сейчас важна каждая деталь.
– Я сказал вам все,- на глазах у Шугурова снова навернулись слезы.
Логинов взял со стола небольшую фотографию в рамке: семейная идиллия семьи Коротковых – Женя с родителями на даче возле целой копны свежесрезанных осенних цветов.
– Она на самом деле была очень красивой девушкой,- сказал он, возвращая фото на место.
– Я могу посмотреть на нее?- Спросил Шугуров.
– Нет.
– Почему?
– Сохраните ее в памяти вот такой,- ответил Логинов и придвинул к нему фотографию.
И Шугуров снова заплакал, закрыв лицо руками.
А Логинов крепко сжал зубы. В его широко открытых глазах сияло то, что душегубы видят перед вратами ада.
– Идемте, я провожу вас,- сказал он.- Если ваша помощь понадобится, мы вас найдем. Но я советую вам собраться с мыслями и любые подозрения донести до нашего сведения. Пусть это будут самые нелепые и ошибочные подозрения. Но, возможно, именно они выведут следствие на верный путь. Идемте...
– Погодите,- Шугуров помыл лицо и вышел вслед за Логиновым. Заметив в гостиной Короткова, подошел к нему и произнес несколько слов утешения.
– Константин Павлович,- окликнул Логинова следователь прокуратуры.- Вы сняли показания с этого человека?- Он кивнул в сторону Шугурова.
– Нет, Валентин Юрьевич,- Логинов подошел к нему.- Я дал ему время, чтобы собраться с мыслями. Он знает больше, чем думает об этом. Завтра я поговорю с ним в более спокойной обстановке.
– Хорошо, вам и карты в руки.
Логинов проводил Шугурова до машины.
– Неплохой автомобиль,- сказал он, разглядывая "Мерседес" черного цвета.- Мне нужно поговорить с вами более обстоятельно. Встретимся завтра на набережной в полдень.
– Хорошо,- кивнул Шугуров. Он выглядел подавленным.
– Соберитесь, Николай,- посоветовал ему Логинов.- То, что произошло уже не изменить. Может быть, я скажу вещь высокопарную. Но вы можете помочь мне остановить убийцу.
– Как?- Устало спросил Шугуров.- Маньяки, убийцы, душегубы. Как их остановить? Дьявол так и будет отправлять их на жатву...
– Я вам сочувствую,- сказал Логинов, глядя ему в глаза.- Потерять друга больно и страшно. Но вы все-таки подумайте, постарайтесь вспомнить все, что поможет следствию.
– Я подумаю,- кивнул Шугуров.- Завтра я обязательно приеду...
На следующий день они встретились на набережной.
День стоял ветреный, небо заволокло дождевыми тучами.
Когда Логинов приехал, Шугуров уже ждал его. Он сидел на низком металлическом ограждении и смотрел на темную воду под хмурым небом.
Логинов вышел из машины, огляделся. Центр города с набережной был виден как на ладони. Над городом висели лохматые дождевые тучи.
– Здравствуйте, Николай Андреевич.
– Здравствуйте. Чудесный день, не правда ли?- Шугуров был пьян.- Не смотрите на меня так!.. Я все очень хорошо помню и очень хорошо соображаю. Задавайте вопросы.
– Вообще-то, я хотел вас послушать,- сказал Логинов.- Говорите.
– Слушайте,- кивнул Шугуров.- Помните, вы сказали, что я потерял друга?.. Вы не ошиблись. Я потерял друга! Потерял женщину, которая понимала меня, и которую я сам вполне понимал. Я познакомился с ней случайно. Она с лотка пирожками приторговывала. Студентка, девчонка совсем. Но какой характер! Я к тому времени совсем уже опоганился деньгами. Маму забыл! Так говорят, да?! Решил, что все продается и покупается... Такое замечаешь в других, но не в себе. И только Женя сказала мне об этом в глаза. А кем она была тогда? Кем?! Лоточницей!.. Но я задумался. Потому что она умела выбирать слова. Я ведь вам говорил, что она была очень открытой и даже грубой, но очень честной. Вы понимаете, о чем я?..- Он внезапно осекся и закрыл глаза ладонью.- Она была настоящим человеком. Без фальши, без рисовки, без наигрыша. Вся как на ладони, светлая и ясная. Лучик солнечный, "зайчик" солнечный... И теперь ты мне ответь, Логинов,- он тяжело посмотрел на собеседника.- Что я должен сделать с тем, кто этот лучик ножом изрезал? С тем, кто грудь ей отрезал, кто губы ей отрезал?.. Что я сделаю с ним?..
– Ничего,- покачал головой Логинов.- Отдайте его правосудию.
– Правосудие?- Усмехнулся Шугуров.- Нет, Логинов. Правосудие будет смаковать этого ублюдка как десерт. Его будут показывать по телевизору. О нем будут писать в газетах... Это правосудие?.. Нет, Логинов. Он сгинет. А люди вздохнут спокойно. Не сразу, но забудут об этой твари. Вот это правосудие, Логинов! Когда он сгниет и его забудут...
В этот момент его окликнули:
– Николай!
Логинов оглянулся и увидел невысокого сухопарого человека. А Шугуров так и продолжал смотреть на темную воду.