И тут в голову Амелии пришла мысль.

– Но Лео мертв. Разве конь не переходит его наследнику вместе с остальным имуществом?

Беллами одарил герцога ледяной улыбкой, прежде чем повернуться к Амелии.

– Нет, миледи. Лео очень умно придумал и подписал все документы у своего стряпчего. Осирис находится в доверительной собственности, и правами на него обладает лишь человек, соблюдающий два условия: имеющий на руках жетон клуба и следующий уставу. Отказавшись выполнять свои обязательства, его светлость лишается права на обладание конем.

– Но это же абсурд, – возразил Морленд.

Амелия считала абсурдным все предприятие Лео. Ее уже начало подташнивать от разговоров о клубе «Жеребец» и его причудливом уставе.

Герцог тем временем продолжал:

– Этот ваш устав… в экипаже вы сказали, что члены клуба должны оказать материальную помощь родственникам покойного, находящимся на его иждивении. О браке даже не упоминалось.

– Но я не представляю, какую еще помощь вы можете оказать Лили. Она потеряет этот дом и все, что в нем находится. Да, она получает небольшое содержание, но оно не позволит ей жить самостоятельно. Тяжело пришлось бы любой женщине, а в ее положении… – Беллами покачал головой. – Словом, альтернативы я не вижу.

– Должна быть! – воскликнула Амелия, отчаянно желая вытащить подругу из этой трясины, порожденной чрезмерным чувством вины мистера Беллами и нездоровым желанием герцога Морленда обладать конем. – На то, чтобы завещание Лео вступило в силу, потребуется время. Никто не выбросит Лили на улицу завтра же. Кроме того, женщины благородного происхождения, подобные ей, живут самостоятельно и независимо. Не понимаю, как глухота может помешать Лили. Она всегда сможет подыскать себе компаньонку. Какую-нибудь вдову или молодую незамужнюю леди благородного происхождения, но не слишком богатую. Подобное практикуется повсеместно.

– Компаньонка за небольшую плату, – задумчиво протянул герцог, и взгляд его глаз цвета ореховой скорлупы остановился на Амелии. – Это вполне решило бы дело. Если найдется достойная кандидатка.

Вскинув голову, герцог приподнял одну бровь и продолжал сверлить Амелию пристальным и весьма многозначительным взглядом.

Ей сделалось жарко, а кожу закололо.

О нет. Только не это.

Как посмел он предположить, пусть даже и завуалированно, что она, Амелия, может стать для Лили платной компаньонкой? Подобная должность годна лишь для одиноких вдов и безнадежных старых дев. Для женщин без перспектив, семьи и дохода. Но ведь она к данной категории не относится!

По крайней мере пока.

А герцог сидел в кресле. Такой самодовольный и красивый. И его слова звучали у Амелии в ушах: «Я герцог. И у меня всегда есть выбор. А вы можете оставить свои мечты о счастливом будущем, чтобы избрать удел платной компаньонки, ибо такой мужчина, как я, никогда не выберет такую женщину, как вы».

Возникшая на пороге Лили тихонько откашлялась.

– Благодарю вас за ожидание. Я готова.

Амелия оторвала взгляд от лица герцога и с благодарностью посмотрела на подругу. Служанка заново заплела волосы Лили в косу и помогла ей переодеться в простое, но очень элегантное темно-голубое платье. А может, оно казалось элегантным лишь потому, что его носила Лили? На пороге тридцатилетия она сохранила стройную девичью фигуру и ясные карие глаза, красивому разрезу которых всегда так завидовала Амелия. Даже убитая горем она выглядела сногсшибательно. И если бы Амелии не была так противна идея брака подруги с одним из присутствовавших в библиотеке джентльменов, она от имени Лили и всей женской половины человечества глубоко обиделась бы на мужчину, хоть на мгновение усомнившегося в том, что ему выпала честь стать мужем такой красавицы.

При появлении хозяйки дома лорд Эшуорт и герцог поднялись со своих мест, как того требовал этикет. Но потом, к удивлению Амелии и всех собравшихся, герцог сделал даже больше – он выступил вперед.

– Леди Лили, – начал он, – позвольте выразить мои глубочайшие соболезнования в связи с вашей потерей.

Глубочайшие соболезнования? Амелия подозревала, что на самом деле этому человеку не было никакого дела до смерти Лео.

– Позвольте заверить вас, – продолжал Морленд, – что как друг Харклифа, его соратник по клубу и джентльмен я готов оказать вам всяческую помощь и поддержку.

– Благодарю, ваша светлость, – ответила Лили и с отчаянием посмотрела на Амелию, когда стало ясно, что герцог еще не закончил свою речь.

– В дополнение к этому я хочу сделать вам предложение, – произнес он.

Все затаили дыхание.

– Я намерен предложить вам более чем щедрую компенсацию за долю вашего брата в совладении конем Осирисом.

В библиотеке воцарилась такая тишина, что слова герцога падали в пространство гулко, точно камни в воду. И только когда шок от сказанного прошел, все присутствующие дружно выдохнули:

– Что?!

– Я хочу купить жетон, – пояснил герцог.

Каблуки сапог Эшуорта стукнули по полу.

– Вы не можете купить жетон. Он должен быть выигран в азартной игре.

– А как насчет несчастного случая? – холодно поинтересовался Морленд. – Налицо невезение в худшем его проявлении.

Ну вот. Теперь Амелия убедилась, что первое впечатление о герцоге ее не обмануло. Более того, оно настолько окрепло, что показалось отлитым из бронзы. Он оказался самым высокомерным, эгоистичным и бесчувственным из мужчин, с которыми она имела несчастье вальсировать.