— Насчет этого я ничего не знаю, — неловко замялся уроженец Ньюкасла. — Но есть тут что-то неправильное. Нельзя же забывать о такой вещи, как футбольное братство.

— Значит, вы…

— Эй, погодите! — возмутился Роб. — Между прочим, я тоже тут сижу!

На диване наступило смущенное молчание, но уже в следующую секунду Хелен подскочила с профессиональной улыбкой на лице:

— Давайте узнаем, что думают фанаты за стойкой Лютера Блиссета. Сегодня это фанаты «Юнайтед»!

Из полумрака донеслись радостные крики и аплодисменты, а в кадре появились улыбающиеся, энергичные болельщики.

— Так что вы думаете обо всем этом? — спросила Хелен и сунула микрофон под нос одному из них. — Роб — герой или злодей?

— Ни то, ни другое, — последовал первый ответ. — Он — легенда!

— Герой.

— Герой.

— Легенда.

Роб просиял, слыша, как высоко оценивают его усилия единомышленники. По правде говоря, для него имело значение только их мнение.

— Злодей.

В студии стало тихо, и улыбка на лице Роба растаяла. Сквозь сияние софитов он пытался разглядеть второго парня слева в заднем ряду. Это лицо было ему совсем не знакомо.

— То есть вы не согласны с тем, что он делает? — спросила удивленная Хелен.

— Не согласен, — подтвердил болельщик. — Когда он стал президентом «Сити», то сказал, что заставит врагов страдать. А что мы имеем в результате?

— Да, — подхватил сидящий справа от него юнец, тоже незнакомый Робу. — «Сити» теперь в середине таблицы. Так высоко они уже много лет не забирались.

Роб был потрясен.

— Что это вы такое говорите? Вы двое? — крикнул он через студию. — Я не «Сити»!

— Да? А с того места, где мы сидим, что-то трудно стало разглядеть разницу, приятель!

Роб подавленно умолк, а среди парней за стойкой Лютера Блиссета разгорелся спор. Те двое с заднего ряда были в меньшинстве, но все равно: верность Роба клубу «Юнайтед» была подвергнута сомнению, и ему это не понравилось.

Куперу это очень не понравилось.

Несколько часов спустя Роб быстро шагал по Викаридж-лейн в сопровождении Чарли и Мика.

Поскольку поездку «Сити» в Йорк отменили из-за плохой погоды, Робу представилась возможность увидеть «Юнайтед» во плоти впервые за много недель. Однако он все еще кипел после неудачного эфира на «Скай-ньюс», не вымолвив и пары слов с тех пор, как встретился с сыном и отцом.

— Черт возьми, ну и холодина, — крякнул Мик. — Слушай, ты не можешь договориться, чтобы нам дали место в ложе или еще где-то?

— Наглецы какие, — пропыхтел Роб в ответ, — это же надо, сказали, что я за «Сити» болею.

— Господи, да хватит уже, а? Ноешь и ноешь, сколько можно? Пойдем-ка, зальем по пивку.

Роб поднял глаза, и на душе у него потеплело, так как впереди виднелась вывеска «Красного льва». Однако, когда он подошел к двери, перед ним встал вышибала паба Клайв и поднял руку, преграждая путь.

— Извини, приятель, вход только для фанатов местной команды.

Роб в шоке уставился на крепыша в черном костюме. Чарли и Мик так и прыснули от смеха.

— Прости, Роб. Это шутка. Не смог удержаться, — сказал. Клайв и оскалил в улыбке крупные зубы.

— Смешно, — сердито буркнул Роб, проталкиваясь мимо вышибалы в тепло паба. — С такими шутками тебе в комики нужно идти, а не торчать здесь.

— Ни хрена себе! Это же толстяк из телевизора!

Несмотря на гвалт собравшихся здесь в ожидании матча фанатов, Роб не только услышал, но и узнал голос того, кто выкрикнул это, и нашел взглядом веселую компанию: Бэза, Нила, Ричи и Стива. Они стояли у барной стойки. Ухмыльнувшись, он направился к ним, отвечая на приветствия тех, кто узнавал его в толпе.

— Да нет, не может быть, — сказал Нил при его приближении. — Тот был куда симпатичнее. А это какой-то страшила.

— Я думал, что человек с такими бабками, как у тебя, мог бы одеваться поприличнее, — сказал Ричи. — А ты словно сошел с витрины дисконтного магазина.

— Как же меня достали все эти шуточки, — сказал Роб, радостно пожимая всем руки.

— Глазам своим не верю! Смотрите-ка, кто к нам явился!

Роб обернулся и увидел, что к ним идет Джейми, а следом и Тони.

— Как делишки, парни? — спросил Джейми, здороваясь с Робом и остальными.

— Какая честь для нас. Сам Роб Купер посещает уже третью игру в сезоне.

Роб глянул на Тони и поднял бровь. Они дружили уже много сезонов, но одной этой ремарки хватило, чтобы в воздухе затрещали искры напряжения.

— Кто бы говорил, но от человека, болевшего за «Ливерпуль», слышать такое по меньшей мере странно.

— Мне было всего одиннадцать! — перешел в оборону Тони. — И я оказался там только потому, что меня повел туда дядя.

— Ага, а когда мне было одиннадцать, я уже два сезона отболел за этот клуб, — парировал Роб. — Так что нечего тут умничать.