— Что происходит? — спросил Мик, подходя к компании с бутылками пива.

— Ничего, — сказал Тони и взял «Будвайзер». — Так, поддразнивали Роба.

— Можно и я с вами?

Роб бросил на отца грозный взгляд, в котором однозначно читалось, что он, Роб, за себя не ручается.

— Я-то тут при чем, если м… — Роб поймал себя на полуслове, но все равно было слишком поздно.

— «Мы» — в смысле «Юнайтед» или «Сити»? — спросил Джейми, к очевидному восторгу Тони.

— Да отвалите же, — рявкнул Роб, приходя в волнение от того, что его верность клубу подвергается сомнению уже и среди старых приятелей. — Вы сами знаете, у кого сколько очков.

— Ну да, мы так и думали, но теперь…

Роб в ярости набросился на Тони:

— На что ты намекаешь?

— Тот фанат в телике сказал то, что у многих на уме.

— Ты опять прикалываешься или что?

— Ну ладно, парни, — остановил их Нил. — Хватит уже, а? Мы же приятели.

— Преданность, — продолжал Тони, не сводя с Роба глаз. — Главное тут — преданность. Но я полагаю, что шесть лимонов могут купить немало этого товара, верно?

Роб сверлил своего обвинителя взглядом. При любых других обстоятельствах он устроил бы в ответ на подобные инсинуации хорошую потасовку, но не хотел опускаться до такого на глазах у Чарли, хотя тот, правду сказать, был целиком поглощен попытками познакомиться с какой-то девицей. К тому же нельзя забывать о предупреждении полиции, что если хоть одна из выходок Купера приведет к судебному разбирательству, то ему почти наверняка грозит запрет на посещение футбольных матчей, а это значит — конец игре. Даже удовольствие набить Тони морду не стоило такого.

В любом случае отреагировать Роб не успел, так как Стив оказался быстрее него: он потянулся, забрал нетронутую бутылку пива у Тони и передал ее Куперу.

— Не пей пиво за счет человека, на которого у тебя зуб, — сказал Стив опешившему Тони. — Это неприлично.

Тони фыркнул и передвинулся к бармену.

— У парня с головой точно не все в порядке, — продолжал Стив. — Не обращай на него внимания, Роб. Ну что, парни, вынесут сегодня наши соперников всухую, да?

Еще несколько часов спустя, подбросив Мика до дома, проглотив наскоро чашку чая и погрузив в «бентли» сумку Чарли с вещами для ночевки и самого сына, Роб сидел за рулем и смотрел на автобус, полный болельщиков «Юнайтед», которые возвращались домой после матча.

За исключением обычной болтовни комментаторов на спортивном канале радио, в салоне машины не произнесено было ни слова за всю дорогу. Чарли сидел в наушниках со своим смартфоном, а Роб использовал это время, чтобы подвести итоги прошедшего дня.

И понял, что после событий на ток-шоу подколы Тони попали в цель. Прямо в яблочко.

Может, Тони и те двое болельщиков правы — Купер потерял ориентиры и забыл, что должен делать. Ведь «Сити» действительно, как ему указали сегодня, с комфортом расположился в середине таблицы, и хотя во многих смыслах лично Роба это устраивало, нельзя закрывать глаза на то, что в результате фанаты клуба получили очень неплохой сезон. В том числе и потому, что на каждом матче у них была возможность поиздеваться над ним, то есть Роб обеспечивал им удовольствие независимо от результата игры.

— О чем задумался, батя?

Роб посмотрел на сына и тепло, искренне улыбнулся. Он любил, когда сын был с ним, в такие моменты Купер ощущал, что жизнь прожита не зря. И из всех тягот, выпавших на его долю в этом году, самой трудной была разлука с сыном — теперь Роб мог видеть Чарли всего один день из семи и отчаянно тосковал по своему отпрыску.

— Да так, дружище. Просто думал о том, что было сегодня.

— Знаю, мы вели себя дерьмово.

— Ай-яй-яй! — укорил его Роб. — Вот слышала бы тебя мама! С ее нынешними замашками она живо отправит тебя в школу-интернат. Твоя мать превратилась в настоящего сноба.

— Она сейчас дома?

— Нет, приятельница потащила ее на какой-то благотворительный бал или что-то в этом роде.

— Та соседка, Вики? Она могла бы потратить свои деньги на пользу сборной Англии.

— По крайней мере, у Вики есть что тратить, — ответил Роб, мягко останавливая машину перед воротами и дожидаясь, пока створки разъедутся в стороны. — А вот у твоей мамы их пока нет, и будут ли — неизвестно. Но знаешь что, — продолжил он, похлопав сына по колену, — раз ее нет, мы классно проведем вечер в мужской компании. У нас давно не было такой возможности.

— Ну тогда закажем пиццу и поиграем на приставке, — тут же постановил Чарли, с довольной улыбкой вновь нацепил наушники и погрузился в виртуальный мир.

Роб отбросил пульт на пол и неодобрительно нахмурился, глядя на сына, который пустился в бешеный пляс.

— Ты продул! Мазила!

— Я поддался тебе, — с деланым равнодушием заявил Роб и взял из коробки последний кусок пиццы.

— Ну да, как же. Признайся, старик, ты дерьмово играешь.

— Что я говорил тебе? Не ругайся. А теперь сходи на кухню и принеси мне еще пива, мелкий негодяй.

— Можно мне тоже?

— При условии, что ты тут приберешься. И ни слова матери, а то она шкуру с меня сдерет.

Чарли исчез и почти моментально возвратился с двумя непочатыми бутылками.

— «Юнайтед» сегодня отвратно сыграл, — сказал Роб, жуя пиццу. — От этого новенького на воротах никакого толку. Надолго выбыл Старки?

— Говорят, до конца сезона, — ответил сын. — У него травма плеча. Но по мне, так лучше бы он с одной рукой, чем тот, кого поставили вместо него.

— Да, ты прав, сынок. Но тебе еще не так плохо. Мне вот каждую неделю приходится мучиться на матчах «Сити». Просто кошмар.