Я начинаю соображать, пытаясь поймать ассоциацию: ресторан, водка, сигареты, танцы… Ну что ж, уже и в ресторан не ходить! Я хочу отрезать себе голову… Чтобы не думать.

— А-алешенька, ты первый раз пригласил меня в ресторан, — шепчет склонившаяся Лита.

— Марек, давай выпьем.

— Подожди, сначала я положу тебе по куску каждой рыбы, что ты не попробовал. А Лите смешаю красную икру с черной.

— А разве так можно?

— Попробуйте.

— Очень-очень пикантно, — сказала, попробовав, она.

Слово «пикантно» я никогда от нее не слышал, откуда она его знает?

Она чувствует:

— Алешенька, тебе не понравилось, как я сказала?

— Все нормально, ешь и скажи спасибо заморскому гостю из оперы «Польша».

— Спасибо, Марек, — тихо произнесла она.

Я почувствовал нездешний аромат и запах шелестящих одежд. К нашему столу приближалась элегантно одетая, в ярком платье, леди.

Неужели идет ко мне знакомиться? Улыбнулся я. Наши взгляды встретились. Она улыбнулась в ответ.

— Бонжур, — сказала ароматная, элегантная дама.

— Познакомьтесь, это Вивьен, а это мои друзья, — и Марек представил нас.

— Я плохо говорю по-русски…

— Мы все говорим нехорошо по-русски… — успокоил я ее. — В этой стране все плохо говорят по-русски!

— Да и не разговаривать мы собрались, а гулять. Покажи им французскую удаль, — поддержал с улыбкой Марек. — А то после проигрыша Наполеона никто не показал.

Вивьен, не скрывая удивления, смотрела на Литу.

— О-ё-ёй, твои полья-чьишки.

— Вот, еще одна Грушенька Карамазова! Почему опоздала? — спрашивает Марек.

Я начал ухаживать за садящейся Вивьен, наполняя тарелку.

— Возила мама в ГУМ. О-ля-ля!.. Она сотрясена.

— Потрясена. За опоздание — штрафную! Что будешь пить?

— Что пьют мессиры?

— Водку. Как русский мужик!

— Бокал водки и… Я не закончила: бокал шампанского. Я все-таки француженка.

— С какой икрой вы будете бутерброд? — спросила, рассматривая ее, Лита.

— С какой и вы, — нежно ответила Вивьен и улыбнулась.

Она подняла оба бокала. Я с удивлением смотрел на нее, не веря.

— За моих новых друзей и вашу очаровательную компанию. До дна!

Она выпила бокал водки и запила бокалом шампанского. Марек смотрел на меня, как изобретатель и открыватель. Я протрезвел, у меня появилось второе дыхание.

Вивьен не выдержала:

— Простите, ви из Росьсии?

— Да, — улыбнулась ей Лита. — Я из Москвы.

— Такого не может быть. Ви как фея — из одуфанчиков. Я никогда не видела такой фигуры в здесь.

— Лита, встань, покажись Вивьен в полный рост.

Она встала.

— Это изумительно! — раскрыла изумленно глаза Вивьен.

— Она думала, что только в их камамберной Франции есть Брижжит Бардо и Мирей Дарк.

— Она бы била знаменитой моделью в Париже. Такие фигуры рождаются раз в столетие. Их создает не человек.

— Пора выпить за девушку моего друга с экзотическим именем Лита.

Лита раскраснелась от всеобщего к ней внимания.

— Алеша, мне так приятно. Спасибо, Вивьен.

К нашему столу кто-то опять приближался.

— Не танцуют, обе, передай всему залу, — сказал небрежно Марек.

«О, большой будет бой», — подумал с приятностью я.

Вивьен выпила второй бокал водки и бокал шампанского.

— Марек, ти думаешь, я фас догнала?

Мы рассмеялись. Она откусила Литин бутерброд.

— Как вкусно, я знаю, это Марека спешиалите. Как это будет по-рюсьски?

Принесли жюльены и запотевшую бутылку новой «Столичной».

— Алеша, мало уделяешь внимания дарам моря, нужно выпить.

Душе нужен загул, ох как нужен. Загул! Марек наполнил бокалы и оглядел нас.

— Позвольте мне вас спросить, Лита: вы бы на кого-нибудь променяли Алешу?

Она даже вздрогнула, не поняв, что это тост.

— Никогда в жизни!.. — слегка драматично произнесла она.

— А ты, Вивьен, променяла бы меня на кого-нибудь?

Она выпрямила плечи, элегантные плечи.