– Ну, так уж и убегали...
– Милана ловко меняла градации на своем цилиндре, периодически поглядывая на костяной набор сестры.
– Им просто в рейс нужно было уходить.

– Ага, посреди ночи, в безветренную погоду, гребли так, что пену на море взбивали.
– Априя задумчиво оглядела полянку.
– Чуешь?

– Да.
– Кивнула сестра.
– Здесь она была, здесь, только вот не пойму, почему истаивает след?

– Пойдем, глянем.
– Пожала плечами Мила, пряча обратно свой прибор.

Две бабульки, придерживая друг дружку, по колено в траве пересекли поляну, вновь входя в густой кустарник, за которым совершенно неожиданно прятался каменный завал вперемешку с уже слежавшейся землей.

– Ого, какая дырка!
– Покачала Априя головой, остановившись перед уходящим под землю тоннелем.

– Это у тебя там дырка.
– Пакостливо хихикнула Мила, склонившись у находки.
– А это лаз!

– Это у тебя как раз лаз.
– Не осталась в долгу сестра.
– А это вход.

– Тьфу.
– Милана Хенгельман сплюнула в темный зев прохода.
– Сладенько то, как гнильцой тянет.

– Тряхнем стариной?
– Молодцевато подбоченившись, спросила Априя, вскинув бровь.

– А у тебя еще есть чем потрясти?
– Милана с сомнение оглядела сестру.

– Уведу.
– Предупредительно и с вызовом, ответила та, открывая свои кошели и сумку что бы извлечь из них целую кучу всевозможных ингредиентов.

– Кого?
– Милана так же принялась извлекать свои запасы.

– Деда твоего.
– Априя зазубренным ножом прямо по дерну принялась выводить многолучевую звезду.
– Найду и уведу, сознавайся сразу, это пекарь с четвертой улицы?

– Да какой он пекарь?
– Рассмеялась Мила, порошками заполняя за сестрой надрезы земли.
– Он уже лет двадцать как тестомес, только и может что мять.

– Неужто, портняжий из лавки Перрея?
– Хмыкнула Априя венчая лучи, наборами вязанных трав и черепками мелких животных.

– Не-е.
– Милана принялась наполнять звезду скрепляющими стежками своих заклинаний.
– Его ниточка уже никогда не войдет в ушко иголочки.

– Так ты приголубь его, подтяни ему здоровицо то.
– Априя включилась в плетение сестры, наполняя его своей силой.

– Я если у него потяну, у него оторвется.
– Милана благодарно кивнула сестре, принимая ее силу в свою вычурную магическую формулу.
– Он даже в лучшие свои годы больше двух раз не мог. Слабенький он, к рассвету скопытиться, это как пить дать.

– Ну, тогда я знаю.
– Хмыкнула Априя.
– Старый Шерп, кузнец как никак в прошлом.

– Так.
– Милана поджала губы, завершая свою магическую конструкцию.
– Кузнеца мне не тронь!

– Жалко что ли?
– Априя собирала остатки своих ингредиентов.

– Устроишь ему свое любимое "йе-х-у-у - ты-гы-дык", наездница, что я с ним потом делать буду?
– Мила так же принялась подбирать остатки своих заготовок.
– Всю задницу исхлестаешь, да покусаешь и исцарапаешь всего.

– Родненькая моя.
– Априя залилась сухим каркающим смехом.
– Да мне уже кусаться не чем!

– Ну, ты на себя не наговаривай.
– Милана принялась стряхивать с сестры налипшую траву.
– Ты у меня еще красотка хоть куда.

– Не.
– Покачала та отрицательно головой, поправляя у своей сестры съехавший платочек.
– Хоть куда лучше не рисковать, могу и сконфузица, лучше все по стариковски, как положено.

Они какое-то время молча приводили себя в порядок, с прищуром поглядывая в темный проход подземелья.

– Долго что-то.
– Вздохнула Мила, поглядев на теплое земное светило, что уже порядочно завалилось за полдень.

– Пирожок будешь?
– Априя извлекла небольшую тряпицу, развернув ее и протянув сестре дутые зажарыши богатые тестом.
– Утром пекла, этот с яичком и лучком, а эти с сыром и курочкой.

– Хороши.
– Мила принялась потихонечку обжевывать угощение.
– Надо было нам с тобой в кухарки по молодости податься.

– Пф.
– Априя так же выбрала себе угощение, остаток, пряча обратно.
– У них жопы толстые, не то что у нас, сама глянь какие мы ладненькие.