– Там кто-то есть, бежим!

– Твою мать! Ложись! – Януш повалил его, накрыл руками голову. – Призрак, мать его…

Рядом что-то грохнуло. Земля взметнулась вверх, на голову посыпались комья глины вперемешку с вырванной травой. В полуметре от Игарта в земле образовалась расширяющаяся воронка, земля пока вертелась внизу, но постепенно ее по спирали затягивало вверх.

– Вот с-с-собака! – обливающийся потом Януш пригнулся и рванул в лес.

Игарт – за ним. На бегу он обернулся: на вершине изуродованного аномалиями холма парил белесый силуэт с ярко-зелеными щелями глаз.

Отбежав на безопасное расстояние, упали на траву, отдышались. Януш сжимал слизня в ладони, по его лицу градом катился пот. У Игарта кружилась голова и жутко хотелось есть – первый признак того, что организм восстанавливается. Вскоре слизень потух, и Януш его выбросил со словами:

– Кончился. Скоро нас срубит сон, хотим мы того или нет. Пока еще хоть как-то шевелимся, надо в номера. Ходу!

Ковыляли все так же, поддерживая друг друга. Животы курлыкали на два голоса, веки слипались, ноги еле шевелились. Горбун не отставал и хохотал то вблизи, то подальше. Хорошо, не попадались мутанты посильнее.

Только Игарт порадовался этой мысли, как в густых зарослях вырубки что-то затопало. Януш остолбенел, схватил Игарта за руку, останавливая, прицелился в кусты. Задвигались ветви, и появилась голова в камуфляжной кепке, затем – плечи. Сталкер вылез целиком и вскинул «чейзер» – Игарт похолодел. Но сталкер хохотнул, огладил пузо, оттопыривающее броник, и прогудел:

– Откуда вы такие заморенные?

– С «крюгером» боролись, артефакты добывали. Потрепало нас малость, – ответил Игарт.

– Дурачки, – проговорил он назидательным тоном, посмотрел на красавчика Януша с неподдельным интересом. – Вы бы сначала экипировались, потом лезли в пекло.

– Поняли уже, – набычился Януш и демонстративно взял Игарта под руку.

Толстяк колыхнул щеками и погрустнел, но на всякий случай сказал:

– У меня есть еще один «чейзер» и броник нормальный. И патронов куча.

– Спасибо, мы уж как-нибудь сами, – Януш приосанился. – А до Ежей далеко?

– Если напрямую, – толстяк махнул на заросли, – то метров пятьсот.

Устремились, куда он указывал. Вдогонку донеслось:

– Меня Климом звать!

Но ответа толстяк не дождался: приглянувшийся ему Януш исчез в зарослях. Игарт едва за ним поспевал и думал, что вот еще один способ заставить мужчину побивать рекорды скорости: за ним должен гнаться влюбленный представитель секс-меньшинств…

За лесопосадкой, окруженный кустами сирени, едва угадывался зеленый, под цвет листвы, забор. Поселение не только хорошо замаскировали, но и усиленно охраняли: колючая проволока тянулась по верху забора, торчало две дозорные вышки, похожие на скворечники. Скучающий автоматчик лузгал семечки, опершись о перила лестницы, второго видно не было.

Подходя к воротам, имитирующим камуфляжную расцветку, Игарт помахал автоматчику и постучал кулаком, аж петли задребезжали. Януш согнулся, одной рукой уперся в забор, а другую приложил к подреберью.

– Кто такие? – спросил охранник из-за ворот.

Автоматчик неохотно прицелился в гостей.

– Новенькие, – честно ответил Игарт, дождался щелчка щеколды и затащил напарника внутрь.

Прислонившись к бревнам спиной, он сполз на корточки и обхватил себя руками.

– Облучение? – почесав в затылке, спросил охранник – нормальный с виду мужик в камуфляже.

– Оно. Во вспышку вляпались. Точнее, она разрядилась рядом с нами. Вроде уже немного отошли, теперь пожрать бы и поспать.

Охранник молча махнул вперед.

Здесь хижины располагались не в два ряда, как в Гавани, а вокруг площади с колодцем. Здание бара, на которое указал охранник, вмещало и гостиницу – второй его этаж занимали номера с балконами. Оно выделялось среди других домов и напоминало старинный деревенский клуб с квадратными колоннами. На площади было на удивление чисто: ее не посыпали опилками, а выстлали оструганными дощечками. Куры сидели в курятниках, а не гадили посреди поселка. Слева от бара притаился деревянный домик, больше напоминающий картонную коробку. Если б не огромная ярко-красная надпись «Оружейный магазин», он и вовсе остался бы незамеченным.

Все цивильно. Прям как в Европу попал из российской глубинки.

Придерживая друг друга, поковыляли к распахнутой двери бара, под козырьком которого болтался на леске раздутый морской ёж.

Похоже, все общественные заведения Зоны строились по общей схеме: каморка охранника, где следовало сдать оружие, и собственно бар. Едва рыжий мордатый охранник протянул грабли, чтоб обыскать вновь прибывших, как Игарт сам сдал ему ПМ, финку, оба магазина, вывернул все карманы, высыпал на стол содержимое рюкзака и с трудом подавил желание шарахнуться в угол.