Все еще держа Копье наизготовку, Ольга ждала нападения и в то же время соображала, как вытащить Питера и Ладу. В какой-то момент ей показалось, что среди дерущихся выделилась пятнистая спина спеца и Ольга метнула в нее копье Лады, одновременно отражая следующую атаку.

Раздался вскрик. Ольга с силой кольнула копьем и в этот раз не смогла даже сразу вытащить его из своей невидимой жертвы. Пришлось помогать себе ногой. Наконец она избавилась от тела и, как-то перешагнув через него, уже не опасаясь подвоха, направилась к притихшим и словно вдруг успокоившимся противникам. Заметив ее, недавние противники отодвинулись, открывая Ольге картину случившегося. Прямо перед ней полулежала бледная и окровавленная Лада, в плече которой торчало черное копье.

Глаза ее были широко и удивленно открыты, казалось, что она не ощущает ни боли, ни страха.

В следующее мгновение один из спецов оттолкнул Ольгу, вдвоем с напарником они осторожно вытащили копье из раны. Хлынула кровь. Лада застонала и, к счастью для себя, потеряла сознание.

Дальше, не сговариваясь, они вытащили ее из квартиры и уложили в машине. Ольга не расставалась с копьями, положив их на полу около себя. Последним из квартиры коллекционера контуженный спецназовец и Питер вынесли невидимое тело. Сквозь окно «скорой» Ольга видела, как они, подобно каким-то невероятным мимам, сгибаются под тяжестью свалившейся на них призрачной ноши.

Питер забрался на место водителя, и они поехали. Рана Лады оказалась сквозной, сразившее ее копье, по всей видимости, вошло в стену, пришпилив поэтессу, точно бабочку. Одежда пропиталась кровью, контуженный Ольгой спец разрезал облегающий джемперок и зажал рану с обеих сторон толстыми медицинскими тампонами. Тут же его напарник, тот, что был ранен в ногу, пытался сделать себе перевязку. Борясь с рвотными позывами, Ольга наклонилась помочь ему.

Был день, и глядя на напряженную спину Питера, Ольга ждала, когда же какой-нибудь встречный-поперечный мент обратит внимание на то, что его одежда насквозь пропитана кровью, и остановит машину. В какой– то момент она вдруг сообразила, что не назвала никакого адреса, но потом махнула на это рукой. Куда-нибудь да вывезет.

Лада часто дышала, Ольга избегала смотреть на лицо сестры, видя только пятна крови. Когда машина вырулила на стрелку, она поняла, что они едут к Агасферу и была этому почти даже рада. Страшная сила Копья Власти больше не прельщала ее.

«Ну и пусть все будет, как будет. Сейчас главное – мистерия. Спасти городи Алешку в нем. А дальше…» – Она закрыла глаза, отгоняя от себя соблазнительные видения того, как бы все хорошо разворачивалось, оставь она Копье Власти у себя.

Машина остановилась. Бледный, с трясущимися руками, Питер вылез из кабины и, обежав машину, открыл заднюю дверь. Из парадной навстречу «скорой» вылетели высокий неаккуратный мужик лет тридцати пяти, которого она уже видела в прошлый визит, и Агасфер. Как всегда, руки вечного странника были неспокойны и жаждали работы. Ольга смутно понимала, что в машине должны быть носилки, но Питер взял Ладу на руки и понес ее в подъезд. Второго раненого подхватили встречающие. В окно Ольга заметила бредущего к ним навстречу Шлимана. По тому, что тот был в одном тоненьком джемперке, она поняла, что он только что спустился из квартиры Агасфера. Она дождалась, когда из машины вылез контуженный и только после этого подняла с полу оба копья и вышла навстречу Агасферу.

– Что случилось? – подскочил к Питеру дежурный милиционер. – Они в «скорой», что, ополоумели совсем, их же нужно в больницу, а не домой!

– «Скорая» завезет куда-нибудь к черту на рога, ищи потом по всем справочным, – вовремя вмешался в разговор Шлиман. – Мы сейчас вызовем своего врача.

Суетящийся рядом Чудовище открыл перед ними дверь решетки.

– Ага. Сами полечим, – пообещал Агасфер, пропуская перед собой вооруженную двумя копьями Ольгу. – Но ты нас не видел, – он сделал пас руками, и мент блаженно улыбаясь, скрылся за своей дверью.

В квартире уже творилась полная неразбериха, когда вслед за ранеными туда поднялся Агасфер. Мгновенно оценивая обстановку, он смахнул все, что было с кухонного стола и положил туда истекающую кровью Ладу. До последнего момента Питер не желал выпускать ее из рук. И теперь стоял над любимой и смотрел, ощущая, как его тело и душа наполняются леденящим ужасом.

Может, все-таки вызвать «скорую»? – попыталась всунуться Руфь, но Агасфер бросил на нее не терпящий возражений взгляд и занялся Ладой.

На какое-то время всем нашлось дело, и только Ольга, забившись в углу между двумя копьями, сидела, сверкая глазами, как загнанный зверек. Она не испытывала мук совести или жалости к сестре. В голове упорно гвоздилась мысль – если погибнет Лада, не будет мистерии, не будет мистерии – не удастся спасти Питер. Исчезнет Петербург – погибнет и Алексей. Все мы погибнем. Мысль о том, что за подобное поведение ее скорее всего не оставят в живых, интересовала Ольгу в последнюю очередь.

Через полчаса операция была закончена, и Чудовище отнес Ладу в постель.