Тут выяснилась неожиданная вещь. Забронированный для них номер представлял из себя обычную двухкомнатную квартиру на пятом этаже. В большой комнате, считающейся двухместной, комендантша поселила мужчин, в маленькой — женщину. Кухня и удобства оказались общими. Лизонька с интересом обошла квартиру кругом, ничего не сказав, чем обманула ожидания Зайцева, предполагавшего, что она сморщит носик и заявит — какое убожество!

Умывшись и немного отдохнув, заглянула в комнату к соседу, предварительно учтиво постучав.

— Не хотите пойти поужинать, Илья Викторович?

Он отвернулся от окна, в которое разглядывал разноцветную рекламу на городской площади, и подошел к ней. Засунув руки глубоко в карманы, спросил, покачиваясь на носках:

— А где вы собираетесь ужинать, Елизавета Александровна?

Она оживленно доложила, напрасно стараясь угадать настроение Ильи по его непроницаемой физиономии:

— Я узнала у дежурной внизу: на соседней улице есть неплохой ресторан.

Чуть прищурившись, Зайцев кисло посмотрел на Лизу.

— Ресторан? А вы представляете, сколько денег надо на ресторан? У меня таких нет. Я ведь простой инженер, а не бизнесмен и не банкир.

Она на минуту задумалась. Ненавязчиво предложила:

— Тогда, может, купим продуктов в магазине и приготовим что-нибудь простенькое на кухне? Там есть и посуда, и микроволновка.

Не осознавая, что стоит уже вплотную к ней и, чуть трепеща ноздрями, втягивает в себя ее аромат, Илья язвительно обронил:

— А что, вы умеете готовить?

Заметя его маневры, Лиза столь же ехидно парировала, не делая ни малейшей попытки отстраниться:

— А я думала, что готовить будете вы.

Он усмехнулся и поднял руки, сдаваясь.

— Ладно, боевая ничья! Попробуем, может, в четыре руки что-нибудь и получится.

Оделись и спустились вниз, к сидевшей перед выходом вахтерше. Лизонька, приветливо улыбаясь, спросила:

— Вы не подскажете, где здесь поблизости магазин, продукты купить?

Занятая вязанием носка женщина даже не подняла головы. Но ответила довольно дружелюбно:

— Да на углу есть хороший большой магазин. Вы в конце квартала направо поверните и сразу его увидите, на нем яркая надпись горит — «Универсам».

Они вышли под нескончаемый моросящий дождь. На темной улице не горело ни одного фонаря, лишь на мокром асфальте отражались светящиеся окна окрестных домов. Идти было неудобно. Чтоб не поскользнуться на высоких каблуках, Лизонька крепко вцепилась в локоть спутника и зябко поежилась.

— Как неприятно! Не люблю я октябрь. Противный такой месяц. Сплошной туман, обман и сырость. Утром темно, вечером темно, днем сумерки. Скорей бы снег выпал, а то так муторно на душе!

Зайцев, тоже болезненно ощущавший тоску и одиночество, сочувственно посмотрел на нее, но промолчал.

Пройдя вдоль длинных бесцветных домов, уткнулись в серый пристрой к унылой пятиэтажке. На нем большими зелеными буквами горела искомая надпись «Универсам». Зашли внутрь, стряхивая с одежды холодные капли воды. Вдоль стен громоздились стойки со всевозможными продуктами. Прошли по рядам, бросая в корзинку всё, что приглянется. Подойдя к витрине с марочными винами, Лизонька дерзко взглянула на спутника и опустила в корзину бутылку дорогого французского вина. Он раздраженно зашипел:

— Это еще зачем? И так набрали выше головы!

Она пренебрежительно дернула плечиком:

— Не волнуйтесь, за вино я заплачу сама. А продуктов в самый раз, утром вы в столовую бежать собираетесь или как?

Поскольку Зайцев однозначно предпочел столовой «или как», замолчал и позволил ей взять с полки большую коробку шоколадных конфет.

У кассы Лиза достала из корзинки бутылку и конфеты, заплатив за них отдельно. Оставшуюся сумму они честно поделили пополам.

Вернувшись обратно, обрадовались теплу встретившей их ласковым светом гостиницы. На кухне засунули зразы в микроволновку, открыли упаковки с салатами и нарезали хлеб. Вскоре на столе стоял настоящий ужин. Лизонька, вытащив из шкафа гостиничный штопор с блестящей металлической спиралью и узенькой ручкой, с сомнением оглядела его со всех сторон.

— Пожалуй, с таким я не справлюсь. — Вручила штопор Илье и попросила: — Откройте вино, пожалуйста!

Он неохотно взял в руки бутылку и, повертев ее, спросил:

— А без этого никак?

Лизонька чопорно пояснила, стараясь не розоветь от бесстыдного вранья:

— Я всегда ужинаю с вином. Это полезно для организма, очищает кровь и улучшает цвет лица. — И нарочито наивно поинтересовалась: — А что, вы не пьете вино во время еды?

Не удостоив ее ответом, он злым рывком открыл бутылку, чуть не раскрошив пробку. Она плеснула немного в свой бокал и понюхала.