– Я пойду на пир!

Чтобы не привлекать лишнего внимания, Прокол со своими воинами направился в одну сторону, а эскорт Дуа - в другую. Брат пообещал, что пробудет на рынке несколько часов и затем отправит в храм Сира охранника с дагеном, дабы в священных протоколах была пометка о жертвоприношении от Марциалов.

Мора не могла надышаться воздухом свободы. Наконец-то! Никто её не опекает, не пытается защитить или упрекнуть в неподобающем поведении. Сердце сладко щемило от нахлынувших чувств. Она впитывала в себя окружающие запахи сладостей, горького дыма жаровен, она старалась запомнить каждый звук рынка.

"Главное не сойти с ума от счастья!"

– Ты что-то бледная, дорогая, - заметила Дуа.
– Может, воды? Правда, боюсь, она уже теплая.

– Что вы! Всё отлично! Просто я так волнуюсь. Нормально ли я выгляжу?

Мора оглядела свой расшитый золотыми нитями легкий калазарис. Рядом с Дуа она казалась себе дурной простушкой.

– Как я уже говорила: ты прекрасна. Будь ты одета даже в балахон фермерши, выглядела бы красивее великой Кулды! Юность - чудесная пора. И так не хочется губить её ради прихоти одного человека.

"Это она намекает на моего деда? Или отца?"

Мора сильнее замахала веером:

– Как поживает ваш сын? С ним всё хорошо?

– У Зайна отличное здоровье. В его-то возрасте я часто болела, - щеки Дуа радостно вспыхнули, глаза заблестели.
– Через десять лет он станет отличным мужем. Уже сейчас я могу сказать, что из Зайна получится мудрый правитель нашего дома. Ты не прогадаешь, если выйдешь за него.

Мора взглянула на солдат Дуа. Те выглядели такими же бесстрастными, как демортиуусы. С той лишь разницей, что носили яркие и броские доспехи. Все охранники выглядели как на подбор - молодые, мускулистые и мужественные. Мора поймала себя на мысли, что не прочь познакомится с кем-нибудь из них.

– Они евнухи, - сказала Дуа, словно прочитав её мысли.
– За ними следит моя мать. Только она понимает, кто из младенцев станет сильным и верным, а кто - слабым и негодным.

– Вы тренируете их с детства?

– Разумеется. Как ты понимаешь, из рабов нельзя сделать воинов, так как старейшины могут в любой момент освободить их. Поэтому мы нанимаем слуг и покупаем у них детей. Малыши считаются законными детьми Ноксов по древним обычаям нашего дома. Они принадлежат семье.

Мора кивнула. Ей не хотелось вникать в суть слов Дуа. Чужие законы пусть и дальше остаются чужими. В мире есть вещи куда интереснее и важнее. Например, дорогие ткани или костюмы. Дочь Марциалов должна выглядеть безупречно, под стать богам.

Они направились на юг, прямиком к выходу из рынка. Людей стало меньше. Больше никто из торговцев не призывал купить острый гладиус или мягкую ткань; посвежел воздух. Поднявшийся ветерок, легкий и невесомый, остудил разгоряченные давкой тела.

Мора оглядывалась по сторонам, старясь понять, как они выйдут к астуле королевских прокураторов - через дома ремесленников или через городские склады? Покинув рынок через большие каменные ворота, эскорт Дуа направился в сторону тысячи глиняных и кирпичных домиков, на первых взгляд натыканных хаотично. По левую сторону от дороги тянулись красивые старинные здания с лепными украшениями на фасаде. Украшения изображали сценки из "Жизнеописаний Безымянного Короля" Мастарна Фертора: герои прошлого протыкали гигантских полукротов-получервей, дагулы извергали из своих глоток жидкий огонь, кудбирионы бога сталкивались с порождениями тьмы, пришедшими из ледяной пустыни. По правую же сторону от дороги были неприметные глиняные домики, принадлежавшие небогатым ремесленникам.

Мора всегда удивлялась тому, что в Юменте ни в одном здании (даже богатом!) не стояла дверь. Последнего вора по заверениям королевских министров казнили более ста лет назад. В астуле богатых прокураторов дела обстояли иначе: три властвующих дома - Марциалов, Ноксов и Дахма - постоянно грызлись друг с другом за территорию. Поэтому высокие заборы, крепкие двери и бесстрашные воины были необходимостью, а не прихотью аристократов. Стоит расслабиться, как враг нанесет удар. Хотя властвующие семьи не скрещивали мечи друг против друга вот уже несколько лет.

– Я пригласила на сегодняшний пир Квинта, - как бы невзначай сказала Дуа.

Бровки Моры поползли вверх:

– Ого! Сам дворцовый министр посетит ваш дом.

– Давай на "ты". Все-таки предписание тхатха самая скучная вещь на свете. Она делает из людей занудных кривляк, - хитро улыбнулась Дуа.

– Хорошо, - довольно потянулась Мора.

Девушки засмеялись.

– Мора, ты молодая, - Дуа вдруг стала серьезной.
– Уверена, что тебе каждый год представляется бесконечностью. Ты смотришь на меня и думаешь: "Дагулы! Какая же она старая". С каждым годом дни летят всё быстрее и быстрее. Не успеваешь оглянуться, как большая часть жизни прожита. Еще вчера я была молодой и красивой. Незамужняя прапраправнучка великого Норуба Нокса. Затем я нашла безродного Гиясуддина. И он стал моим мужем.