– Значит, так. В одна тысяча девятьсот семнадцатом году вооруженный пролетариат… Или лучше от сотворения мира?

– Настолько издалека не требуется, Андрей, – улыбнулся Гоша.

– Надо найти договор Щербакова с содовым заводом, – потряс я портфелем, – потом отыскать того, кто сможет заменить покойного как его правопреемник. Долг за него выбрать для нас продукцией.

Флора положила передо мной визитку.

– Нашлась? Спасибо! – поблагодарил я ее.

– Это кто? – тут же поинтересовался Гоша.

Я положил визитку перед ним на стол.

– Да я не вижу здесь ни хрена! Больно мелко! – пожаловался он.

– Аспиранов Алексей Алексеевич, – прочитал ему Женька. – Доктор биологических наук, профессор…

Я повторил все, что узнал благодаря старикам Матвеевым, и не забыл упомянуть, что это именно он, Гоша, нашел вчера заметку.

– Я не слышал, чтобы кто-то работал в Бодреевке из наших, – заметил Гоша. – А ты, Джо?

– Нет, я тоже не слышал, – ответил Женька.

– Это только моя версия. Может, я и ошибаюсь, – пожал я плечами.

Засунув свой нос в чужие дела, которые по воле случая стали моими, то есть в портфель Щербакова, я скоренько нашел его договор с содовым заводом, прочитал, ознакомился с прилагаемыми письмами о пролонгации и, удовлетворенный, сложив все обратно, вернул портфель Флоре.

– Полный порядок, – похвалил я покойного. – Документы, которые нам понадобятся, здесь.

– Давайте с нами обедать, – пригласила Флора.

– Нет, спасибо. Вы меня не очень обременили работой. Сплю долго, завтракаю поздно…

Покинув гостеприимную Флору, я набрал номер профессора с визитки, данной мне Флорой, но увы! «Номер, который вы набираете, не существует», – раздался в трубке равнодушный голос. Я тупо смотрел на визитку, и вдруг меня озарило! Если сей ученый муж – биолог, то его вполне может знать дедушка Алекс! Точно! Как же я раньше не подумал?

– Слушаю внимательно, Андрей Владимирович! – тотчас откликнулся старший товарищ.

– С Матвеевым я связался, Александр Михайлович. Новый сюжет высветился. Вам дядя Петя называл фамилию того человека, который передал иконы в церковь? Те, что потом украли. Нет? Может, вы знаете такого ученого-биолога, профессора Аспиранова Алексея Алексеевича?

– Лешку Аспиранова? Милый мой! Мы с ним учились в одной группе! Как же не знать?

– Как мне везет! Я так и думал…

– Еще бы! Леха Аспиранов, прозвище Аспирант, учился отлично, остался при кафедре по распределению. Давно не общались. Сын у него серьезно болел, слышал. Пошел по стопам родителя, окончил наш биофак, подцепил какую-то заразу в экспедиции…

– Вы не могли бы узнать его телефон?

– Попробую. Общие знакомые остались… Жди. Сейчас только рябчиков выпотрошу и займусь.

Что ж, оставалось теперь ждать звонка дедушки Алекса. Но ждать пришлось недолго. Телефон снова ожил в моей руке.

– Докладываю, – сказал дедушка Алекс. – Номер интересующего тебя лица мне сообщат вечером. Единственное, что пока узнал, Аспирант по-прежнему преподает в университете, на пенсию не выпроводили. Если дождешься вечера, я предварю твой звонок ему своим, предоставлю, так сказать, свои рекомендации. Если же торопишься, можно через справочную узнать телефон деканата…

– Буду благодарен, Александр Михайлович, если вы сперва позвоните! Конечно, я подожду. До связи.

Ну вот, понял я, Александр Михайлович мне поможет, и, к сожалению, снова появилось свободное время! Вот беда-то какая! Может, стоило остаться с Гошей и Женькой у Флоры? Сидели бы, лясы точили!.. Но возвращаться к ним было лень.

Когда я дошел до дома и увидел свой автомобиль, простая и гениальная идея посетила мою многострадальную голову. Проворно открыв дверь машины, я достал старую добрую одностволку, привезенную на смену ружью, ставшему «вещдоком», и патроны. Патронташ, правда, новый не купил, а прежний где-то у жуликов. Ничего. Рассую патроны по карманам куртки.

Не прошло и пятнадцати минут, как я углубился в лес. Зарядил ружье двумя нулями, рассчитывая на серьезную дичь, и пошел, стараясь ступать тише. Поначалу это не очень-то получалось, под ногами хрустела стеклянная крупа – отходы былого производства. Через некоторое время хруст прекратился, я протопал еще метров сто, и тут мне почудилось, что кто-то еще «хрустит» следом за мной. Я замер, прислушиваясь. Нет, наверное, показалось.

Дорога была хожена много раз. Следом за «крупой» будет «дальняя тяга». Так мы с Валериком ее окрестили, отстояв тут несколько раз по весне на вальдшнепа. Хорошо то, что не слышно собак и «мациклов», плохо – возвращаться далековато по темноте.