– Джеральд Уэллсли [19] .

– Я так и думала. Узнала его стиль. Все в листовом серебре. Это просто шикарно. Очень мудро было с вашей стороны выбрать его для оформления дома.

– Надо же, Мод, как хорошо ты разбираешься в таких вещах, – засмеялась Венеция. – Меня удивляет, что ты вообще слышала о нем.

– Конечно слышала. Не забывай, я же собираюсь стать архитектором.

– Совсем забыла… А вот и наша Адель. Адель, дорогая, я так рада тебя видеть. Правда здорово, что Мод приехала в Лондон?

– Это просто божественно, – ответила Адель, целуя сестру. – Привет, Генри? Как ты сегодня? Венеция, я купила нам в «Вуллэндсе» просто убийственно красивые блузки. Шелковые и очень длинные. Тебе они понравятся. Как увидела, просто удержаться не смогла.

– Тебе уже лучше? – спросил Оливер вошедшего в гостиную старшего брата.

– Значительно лучше, спасибо. Морская болезнь – мое проклятие. Мешает общаться с родными. И погода была вполне сносная, но все равно.

– Вскоре ты сможешь летать в Англию, – сказала Селия. – Мистер Хинклер [20] уже запросто летает в Австралию. Всего за пятнадцать дней! Уму непостижимо. Оливер, а сколько туда плыть морем?

– Шесть или семь недель – это самое малое, – ответил Оливер. – Я уверен: скоро начнутся пассажирские полеты в Америку. Роберт, что желаешь? Чаю? Или бренди?

– Лучше чаю, – ответил Роберт. – Ну, как дела в вашем издательстве?

– Я бы сказал, на редкость успешно, – отозвался Оливер. – У нас впечатляющий список публикуемых книг. Выпускаем литературу по широкому кругу тем. И что забавно, очень ощутимый доход дает именно выпуск учебной литературы. Ты согласна, Селия?

– Да, – лаконично ответила Селия.

Она не любила скучный перечень книг для внеклассного чтения по литературе, атласы и таблицы логарифмов. Всем этим в издательстве заведовал Джайлз и, надо сказать, справлялся весьма умело. Но и это не радовало Селию, а служило лишним подтверждением того, что ее сын – преимущественно исполнитель, лишенный столь ценимого ею редакторского чутья.

– С нами все сильнее начинают конкурировать немцы, – заметил Оливер. – Они становятся новой силой, и не только в издательском мире, а в мире вообще. Странная ирония, правда?

– Я слышал от Фелисити, что нью-йоркский филиал издательства процветает.

– Так оно и есть. Стюарт Бейли – очень способный молодой человек. Но у вас вся страна охвачена процветанием. Меня не перестает удивлять подъем, переживаемый Америкой. Думаю, на твоем месте я был бы немного осторожнее. В Англии картина не столь радужная. У нас чертовски высокий уровень безработицы. Все это началось много лет назад, когда и здесь был послевоенный подъем. Экономика – как двигатель. Ее опасно перегревать.

– Конечно. Но ведь это было прямым следствием войны, – возразил Роберт. – Вспомни, какое громадное количество разного рода премиальных акций выпускалось в войну. У нас это время было годами стабильности и роста. Думаю, наш финансовый бум начнет плавно снижаться. Рынок ценных бумаг не может постоянно расти столь бешеными темпами. Но я абсолютно уверен: серьезных проблем у нас не будет.

– Это ты так считаешь, или это общее настроение большинства американцев?

– Можно сказать, что так. Есть, конечно, единичные паникеры, однако…

– Сам знаешь, мы в Старом Свете уже испытали несколько толчков.

– А что думает твой пасынок? – спросила Селия. – Он ведь большая шишка на Уолл-стрит.

– Что думает он, мне неизвестно, – ответил Роберт. – Мы с Лоренсом до сих пор практически не общаемся. Похоже, он никогда не простит мне женитьбу на его матери, и здесь я бессилен что-либо изменить. Зато меня очень радует Джейми и, конечно же, моя любимая Мод. Мы втроем – маленькая счастливая семья. Как бы то ни было, а мой собственный бизнес пока только процветает. Должен признаться, что это не совсем согласуется с общей картиной в строительстве, но мы с Джоном уверены в успехе.

– Как он? А как Фелисити? Уверена, что она остается все такой же идеальной женой. – В голосе Селии появились новые и довольно нервозные интонации.

– Да они оба хорошо поживают. Ее стихи нравятся людям всех возрастов и социальных категорий. Она постоянно выступает с публичными чтениями на разных женских собраниях.

– Представляю, какое удовлетворение ей это приносит, – сказала Селия. – Автору очень важно ощущать интерес читателей.

– Думаю, тут нечто большее, чем интерес, – отозвался Роберт. – Просто она успешная поэтесса. На прошлой неделе ей присудили какую-то премию.