Увидев меня, демоны приклонили колена. Я устало вздохнул, с удивлением осознавая, что начал привыкать к такому поведению этих существ. Неужто когда-нибудь и обращение "милорд" перестанет вызывать у меня дискомфорт?

– Поднимитесь, - с усталой улыбкой сказал я. Мои подопечные покорно вытянулись во весь рост. Я внимательно посмотрел на демона, с которым встречался в Таире и обратился к нему, - как твое имя?

Декс сделал ко мне несколько шагов и наклонился к земле, начертив огромным когтем кривые, но вполне понятные буквы.

"Дэрек" - прочитал я.

– Хорошо. Дэрек, видишь того юношу?
– демон послушно проследил за моим взглядом и кивнул, посмотрев на Ольцига, - ты должен отнести его в Fell de Arda. Роанар полетит с нами и потом покажет тебе, где его покои.

Дэрек покорно кивнул, издав низкое рычание. Я почувствовал, что ему лестно обращение самого Хранителя Темной Крови, и едва не закатил глаза. Купаться во всеобщем почтении - не самое приятное занятие для человека, который привык работать наемником и выполнять много грязной работы, у которой не должно быть свидетелей. У жизни такого человека в принципе не должно быть свидетелей...

Вздохнув, я посмотрел на остальных демонов.

– Марвин, - декс подтянулся, - понесешь на себе командира Кастера в замок. Роанар, ты полетишь со мной.

Покорные демоны молчали. Лишь Синнес, к которому я еще не обратился, недовольно зарычал и выступил чуть вперед, словно спрашивая: "а я тебе зачем?". Этот демон, несмотря на свою безграничную преданность, проявлял больше всех вольностей, и этим был симпатичен мне более других. Мой взгляд невольно упал на лежащее неподалеку тело отца.

– К тебе у меня особое поручение, друг, - не без грусти отозвался я на недовольное ворчание демона. Никому другому бы я это не доверил, да простит меня Рон, - возьми тело лорда Фэлла. Его тоже нужно отнести в замок. Я рассчитываю на тебя.

Казалось, демон понял гораздо больше, чем я хотел сказать. Он кивнул и приложил руку к груди, глядя на мертвого наместника. Роанар, Дэрек и Марвин переглянулись и сделали то же самое, выразив почтение Виктору Фэллу.

У меня в голове до сих пор звучали слова отца: "если тебе тоже придется отказаться от магии, не соглашайся... я умер в тот самый момент..."

Мой взгляд невольно упал на Ольцига. Он единственный, кто может отсечь меня от темной крови. Если он когда-нибудь это сделает, Орсс будет обречен. Сейчас юный мэтр слаб и беззащитен... эта мысль не давала мне покоя. Думаю, Виктор, не задумываясь, устранил бы подобную угрозу.

Нет! Я тут же одернул себя и тряхнул головой, чтобы выбросить эти ужасные идеи из головы.

– Арн?
– обеспокоенно обратился Кастер, словно заметив всю гамму эмоций, отразившихся на моем лице. Я лишь покачал головой и указал в сторону Fell de Arda.

– Нужно возвращаться в замок.

***

У Fell de Arda нас ждала толпа людей. Выжившие жители Гира, новобранцы, жалкие остатки регулярной армии и стражи Орсса. Встретив нас, они разразились улюлюканьем и приветствующими криками. Не знаю, видел ли кто-нибудь из них бой у Сердца Тайрьяры, но не сомневаюсь: все присутствующие прекрасно знают, с кем мы сражались, и именно поэтому приветствуют нас, как героев.

Я отослал дексов в замок, и мы с Кастером остались вдвоем перед толпой радостно вскрикивающих людей.

У меня вновь разболелась голова, но я сдержался и не дотронулся руками до лба. Меня до сих пор била мелкая дрожь после полета на дексе, когда пришлось держаться за шею демона, так что лишний раз руки я сейчас решил не тревожить: казалось, их разрывают на кусочки. Кровь продолжала сочиться из трещин на коже, и боль в ладонях чуть отвлекала меня от накатившей мигрени.

Кастер то и дело поглядывал на мои руки. Похоже, ему не терпелось отвести меня к Марике, чтобы она занялась ожогами.

Толпа продолжала приветствовать своих спасителей. Я не мог разобрать ни единого слова, слышал лишь ликующие интонации. Нас с братом обступили. Кастер встал чуть впереди меня, словно пытался защитить. Меня раздражала такая забота, но сил спорить и сопротивляться попросту не было. Я мог лишь стоять и слушать, позволяя орссцам выразить свои чувства. Несмотря на многочисленные потери после боя, у людей было победное настроение.

– Если прикажешь, я разгоню народ, - тихо сказал брат. Я качнул головой.