– Я ожидал чего-то подобного.

– Почему? – вскинулась Ашка, слегка ошарашенная. – По мне что-то… что-то такое видно?

У нее даже голос сразу охрип – эту фразу от него было очень неприятно услышать, вед она думала, что так хорошо все скрыла от всех.

– Нет, - он качнул головой. – Это просто дедуктивный метод, как у Шерлока. Ты же знаешь, что у нас тут нет людей, умерших своей смертью…

– Я не знала, - перебила Ашка, широко раскрывая глаза от удивления. Ее слегка передернуло, и в голове начался складываться неприятный, но уже понятный паззл. Про наркотики, про Катю и про ее учеников, нет-нет, да и нарисующих кровавые картинки. Про восточные районы. И про Грея.

– Теперь знаешь, - без особых эмоций в голосе, успокаивающе качнул головой Лоран.

– Все равно я не поняла, как из этого ты понял, что я сама…

– Я лично дважды применил к тебе силу. И ты дважды не была напугана. Злость была, протест был, сопротивление – но не страх. Поверь мне, если бы тебя убили – ты бы реагировала совершенно иначе.

– И ты это знаешь, потому что…

– Да.

Его пальцы на коленях сжались чуть сильнее, нога пару раз качнулась. Ашка посмотрела ему в лицо:

– Мне так жаль.

– Мне тоже. Что с тобой случилось, малыш?

– Просто глупая влюбленность. Я не готова сейчас излагать подробности, ладно?

– Ладно. Ничего себе влюбленность.

Его глаза добродушно смеялись, и Ашка невольно потянулась за поцелуем. Они оба вскочили и крепко обнялись. Его губы нежно коснулись ее рта, но Лоран почти сразу мягко отодвинул ее:

– Я обещал тебе ответить на вопрос.

– Да… кстати, почему ты действовал силой со мной? Я не об этом хотела спросить, но раз уж зашел разговор – не знаю… ты ведь не такой, Лоран.

Ее глаза с любопытством смотрели в его, и настала его очередь смущаться. Он взъерошил волосы на своем затылке и посмотрел вверх:

– Черт… я не знаю на самом деле, это сложный вопрос. Ты просто будишь во мне что-то первобытное, серьезно.

Ашка засмеялась.

– Серьезно, - повторил он, не улыбаясь, только глядя в ее глаза. – Ты необычная, очень. Ты непредсказуемо реагируешь – возможно, я не знал, как с этим быть.

– Думаешь, Грей тоже не знает?

– Возможно. Я не говорил с ним об этом.

Взгляд Лорана был абсолютно открытым – ему невозможно было не верить. Ашка переступила ногами и облизала губы.

– Я хотела бы знать, что ты думаешь о Грее и об этом месте. Не чувствуешь ли ты, что лучше было бы оказаться где-то еще? – выпалила она, сама холодея от того, что говорила. И сразу получила ответ, когда он быстро замотал головой, серьезно глядя ей в глаза.

– Нет, - был простой ответ секунду спустя. – Я так не думаю. Я счастлив, что встретил Грея. И теперь – тебя. И да, это, конечно, тот еще адок, но куда еще такие как мы могут попадать после смерти? В прохладный сад с фонтанами, аллеями и весталками? На тропический остров прямо в лежак, и чтобы коктейль в запотевшем бокале по правую руку?

Голос Лорана стал немного громче и насмешливее под конец его небольшой речи. Ашка моргнула и прикусила губу, посмотрев в сторону:

– Ты думаешь, это расплата? Кто тогда Грей?

Ждать ответа на такой вопрос было страшно, но тут послышался его смех. Лоран снова качал головой и веселился, встретив ее полный непонимания взгляд.

– Грей – это Грей, малыш. Он просто человек, который не пожелал расставаться со своей личностью, даже после смерти тела. Не пожелавший покоя. Такой же, как ты и я.

– Ты думаешь, он такой же, как ты и я?

– Конечно. А ты что думаешь, он бог? Или дьявол? – Лоран засмеялся снова.

– Ну, прекрати, - Ашка совсем смутилась и подошла к краю, посмотрев вниз. Позади под кедами Лорана что-то хрустнуло, и его ладони мягко легли на ее плечи:

– Ты так это сделала, прыгнула?

Тихий, спокойный голос, дружеское участие, готовность к отказу отвечать. Лоран умел задавать личные вопросы, не проявляя при этом бесцеремонности.

Ашка молча кивнула головой. И повернулась к нему, оказавшись снова в кольце его сильных рук:

– Так что же мы делаем здесь? И что все эти люди, - она кивнула на город внизу. – Делают здесь?

– Э-ммм… дай подумать. Мы работаем, едим, занимаемся сексом, - Лоран поднял глаза к небу, а потом вновь глянул на нее. – Мы делаем, в общем, все тоже самое, что и всегда. Я бы даже сказал, что живем.

Его лицо не было несерьезным, а тон – был, и это привело ее в небольшое замешательство. Ее лоб прорезала вертикальная морщинка:

– Тебе разве здесь не тоскливо?

– Нормально.