Флешка вставлена. Я открыл основной текстовый файл, прочитал первые строчки, и по моей спине пробежали мурашки. Тело обдало холодной волной.

Я знакомился с досье и от изумления едва не сползал со стула, подавшись вперед, внимательно вчитывался в каждое слово файла, присланного мне.

«Лавровская Екатерина Андреевна, 30 лет. Заведующая медицинской лабораторией при институте микрохирургии. Ездит на автомобиле БМВ третьей серии белого цвета, номерной знак… Проживает в двухэтажном особняке по адресу: город Петровск, поселок Дубки, улица Солнечная, дом 16 (последнее строение от главного въезда в поселок).

В соответствии с декларацией, поданной в прошлом году, является совладелицей отеля “Дрезден”, расположенного в Германии. В данный момент управлением отеля занимается бывший помощник ее свекра – Воропаев Игорь Юрьевич.

Супруг – Лавровский Анатолий Геннадиевич. Погиб в автомобильной катастрофе зимой этого года.

Дочь – Дарья, 8 лет. Учится в школе № 78 (третий микрорайон), а также в Центральной музыкальной школе по классу фортепиано.

По нашим данным, Лавровская Е. А. услугами охраны не пользуется.

Будучи заведующей крупной медицинской лабораторией, организовала конвейер по извлечению и продаже внутренних органов у лиц без определенного места жительства. Доставкой доноров занимается некий Бритый, о котором мало что известно. Он попадал в поле зрения оперативников всего один раз. Шатен, чуть выше среднего роста, на вид около 35 лет».

Далее досье, как и всегда, содержало подробное описание типового распорядка дня Лавровской, основной маршрут передвижения по городу, привычки, слабости и многие другие детали, полезные при разработке плана ликвидации.

Ну и финал – фотографии. Для осознания, так сказать, масштабов проблемы. Открывая их, я все еще надеялся на чудовищное совпадение.

Нет. Чуда не случилось. На снимках действительно была Катя.

Я откинулся на спинку кресла, уронил затылок на подголовник и уставился в потолок. Идиотизм был налицо. Точнее сказать, на всю морду. В такие моменты мне обычно очень хочется выпить. Потом я вспоминаю, что не пью, и от этого желание только возрастает.

Сказать, что я оказался в тупике, – не сказать ничего. Я был просто раздавлен. От неожиданности у меня даже разболелась голова, что случалось довольно редко.

Неужели Катя действительно занимается тем, в чем ее обвиняют? Я не знал, ошибались ли когда-нибудь оперативники и аналитики из отдела Семирядова, но одно мне было известно точно: все они являлись опытными профессионалами, не один год протрубившими в спецслужбах. Наш шеф умел подбирать кадры – в этом ему не откажешь.

Я поднялся из кресла и взволнованно расхаживал по комнате. Впервые за несколько лет работы ликвидатором я вдруг усомнился в правдивости материала, поставляемого мне, да и вообще в смысле той работы, которую приходилось выполнять.

Да, все на свете стремится к форме шара. А потом катится к херам.

«Итак, что мы имеем? – Я остановился у окна, приоткрыл штору и выглянул на улицу. – Исходя из личного общения с Екатериной, могу сказать с определенной уверенностью: она не способна убивать людей, каких бы доходов данное занятие ей ни сулило. Это раз. У меня есть приказ ее ликвидировать, и я должен его выполнить. Это два. Наконец, третье: в моем распоряжении всего трое суток. Когда они истекут, я обязан буду доложить шефу об очередной ликвидации. И не просто на словах, а предоставить фотографии трупа. Вот такие пироги».

На дворе шестой час ночи, а сна у меня не было ни в одном глазу. Как и решения той глобальной проблемы, которая свалилась на мои плечи вместе с очередным приказом Семирядова.

За долгие часы размышления меня посетила лишь одна здравая мысль:

«Надо попытаться проверить информацию, поступающую от генерала».

Никогда ранее у меня не возникало сомнений в том, что, исполняя грязную работу, я приношу государству реальную пользу, очищаю его от плесени всякого рода.

Но теперь меня будто поразило мощным электрическим зарядом:

«А вдруг я всего лишь винтик в чьем-то дьявольском механизме, и меня тупо используют втемную?»

Сомнения множились с каждой минутой. Я слонялся по квартире, припоминал строчки из досье и всевозможные детали минувших операций. К своему немалому удивлению, сейчас я обнаруживал в них многочисленные нестыковки, на которые ранее не обращал внимания или же оправдывал спешкой оперативников.

К примеру, года полтора назад мне было поручено устранить крупного бизнесмена из соседней области. В досье клиента значилось, что он наладил канал поставки и распространения синтетических наркотиков. А позже я узнал о том, что человек, ликвидированный мной, львиную долю доходов от своего бизнеса отдавал на содержание клиники по реабилитации наркоманов. То есть в реале все происходило с точностью до наоборот.