— Szisz, я тоже. Не печалься, как только она уедет, я у тебя как штык, — обещает Самира.

— Вернее, если уедет. — Малика иронично смеется.

— Только не говори так! — испуганно шепчу я.

— Сильно донимает? — спрашивает Самира, и мы переглядываемся с ней. — Похоже на то, — соглашается она и добавляет: — Тогда зачем вы ее пригласили?

— Не знаю, просто человеческая наивность. — Я беспомощно развожу руками и иду к Ахмеду, чтобы сменить его в роли переводчика.

Подали еду, и мы все садимся за большой стол, сервированный самым лучшим фарфором. Необязательно им было так стараться, обычная сервировка тоже произвела бы сильное впечатление. Естественно, было приглашено как минимум двадцать гостей, родственников и соседей. В том числе и детвора. Мне не хватает Мириам, и я постоянно ищу ее взглядом, озираясь вокруг.

Если говорить о еде, то в этом семья мужа превзошла себя. Все самые лучшие арабские блюда, фантастически разложенные и необыкновенно украшенные. Наверное, нанимали кейтеринг [51] или по меньшей мере повара из ресторана. Атмосфера царит напряженная, так как нет общих тем. Перевод каждой фразы утомляет и нарушает разговор. Мама сидит тихо, как мышка, а остальные перешептываются между собой. Впервые во время приема здесь так спокойно, даже дети не визжат. Я чувствую себя, будто на поминках, и хочу как можно скорее отсюда сбежать.

— Вы уже купили приданое для новорожденного, ведь уже самое время? — кричит Малика через стол.

— Еще нет, на следующей неделе поедем, — отвечаю я.

— Может, поедешь с нами? — предлагает ей Ахмед. — Ты у нас главный специалист по хорошим магазинам.

Малика чувствует себя польщенной и даже слегка улыбается.

— Я не знаю салонов для новорожденных, но что-нибудь придумаем.

— Прекрасно, значит, договорились. — Я вздыхаю с облегчением, поскольку с ней точно все решим.

Уже съели десерт и пьем чай на террасе. Отовсюду слышится стрекот цикад, и над нами витает мой любимый запах жасмина. Мама сидит нахмуренная, на ее вспотевшем лице появились красные пятна. Она выглядит так, словно ее сейчас стошнит. К сожалению, я не предупредила ее, что здесь не съедают по полной тарелке каждого блюда. А сейчас уже поздно.

— Это для вас. — Свекровь напоследок подходит к моей маме с большой коробкой.

— Что это? Если на прощание хотят мне дать еще немного тех жирных пирожных, то скажи им, что мне достаточно. На всю жизнь.

— Мама, успокойся. — Я незаметно сжимаю ее руку. — Она дает тебе подарок. Здесь есть обычай дарить гостю подарок.

— У них, наверное, что-то не в порядке с головой или слишком много денег, — бурчит себе под нос она. Потом произносит какие-то слова благодарности, хватает коробку и, не оглядываясь, спускается по ступеням.

На обратном пути мы часто останавливаемся. Либо потому, что ее тошнит, либо для того, чтобы дать отдышаться и пройтись по обочине автострады. Дорога вместо сорока минут занимает два часа.

— Хорошие у меня родственнички! — подытоживает мама перед тем, как войти в свою комнату. — Хотели меня отравить, но не на ту напали. Не вышло у них! Ха!

— Мама, просто… — начинаю я, но она захлопывает дверь перед моим носом. — Ты слишком много съела! — кричу, чтобы она хорошо расслышала.

Вечером центр столицы выглядит восхитительно. Здесь светло, как днем, потому что улицы освещаются не только неоновыми лампами, но и многочисленными мигающими рекламами. Супермаркеты и бутики работают на полную, поскольку в это время здесь наибольшее движение. Жара спала, и каждый хочет вырваться из дома, чтобы оказаться в городской атмосфере.

— Что за толпа, разве нельзя было выбраться в другое время? — жалуется вспотевшая мама.

— У нас уже не так много времени, — говорит Ахмед.

— Это не моя вина, что вы оставляете все на последний момент. А мне сейчас нужно за это жизнью поплатиться!? — сердито фыркает она.

— В чем дело? — весело спрашивает Малика, не понимающая разговора, который ведется на польском.

— Можешь догадаться без слов, — говорю я, закатывая глаза под лоб. — Не о чем волноваться, действуем согласно плану.

Мы заходим в самый большой салон, где предлагается все, что нужно для самых маленьких. Неизвестно, с чего начинать. К счастью, с нами Малика.

— Предлагаю начать с покупки самых больших предметов, а в конце будем выбирать мелочи, которые всегда можно докупить.

— Пожалуй, так, — вздыхаем мы с облегчением, счастливые, что она нам помогает.

— Так что, коляска и кроватка? Поднимайтесь наверх.

Нашему взгляду открывается большой зал, до отказа заполненный детскими принадлежностями. Тяжело будет сделать выбор.