– А вдруг уже нашел? Гедрюс рано встает.

– Хорошую выкинули штуку, правда?

– Хорошую, - согласился Микас.
– Бабку заработали и котика спасли.

– Я знаю, что делаю...

– Ты - голова... В школе, небось, пятерку получить - раз плюнуть?

– А как же!
– ответил Джим.
– В школе я и не такие шутки выкидываю.

– Жалко...
– сказал Микас. Он подумал, что двоюродный брат скоро уедет, а ему снова придется ходить в школу,

– Чего жалко?

– Не знаю...

– Хорошую шутку отмочили, ох хорошую!..

Они вошли во двор и увидели, что Расяле, повиснув на костылях, заглядывает через окно в комнату.

– Расяле!
– позвал Микас.
– Что ты туда глядишь?

– На Гедрюса смотрю, - ответила она.
– Ничего не ест, молчит... Мамы нет - а он лежит и плачет.

– Что это с ним?
– спросил Джим.
– Идем, надо его проведать.

– Расяле, - на всякий случай спросил Микас.
– Наш кот Черныш к вам не приблудился?

Та гневно посмотрела на Микаса и погрозила пальцем.

– А тебе достанется! Ох достанется!

– За что?

Расяле еще сама не знала за что, но чувствовала, по глазам видела, что это за гости. Смотрят с хитрецой и хоть бы один про ее ногу спросил. А что до кота, так по всему видно, Гедрюс правду говорил: сами засунули его, а теперь ищут...

– Нет вашего кота...
– решила она схитрить.
– Засунули его, а он и задохнулся за ночь.

– Сочиняешь...
– не поверил Микас.

– Не суди по себе!
– (Этому ответу Расяле научилась у Гедрюса, и наконец-то он пригодился!) Могу место показать, где похоронили. Я уже цветочки посадила...

Джим поверил, даже присвистнул и сказал Микасу:

– Так, может, домой потопали? Хотели как лучше, а видишь, не получилось... Но бабку все равно готовят... Придем, хоть поминки устроим.

Расяле, чтоб не рассмеяться, присела и принялась ощупывать гипс на ноге.

– Болит?
– наконец-то догадался спросить Микас.

– Еще бы! Сколько натопталась, пока кота хоронили!

Услышав голоса, вышел Гедрюс - заплаканный, головы не поднимает.

– Слышал, ты хвораешь, - заговорил Микас.
– А мы пришли на картофельную бабку звать.

– Расяле, - мрачно сказал Гедрюс, - спусти с цепи Кудлатика. Натравлю - чтоб и духа их тут не было.

– Ты чего это!
– удивился Джим.
– Ведь наш кот задохнулся, не ваш.

– Гедрюс, - торопливо вставила Расяле, - я им уже сказала, что мы Черныша похоронили.

Но Гедрюс не клюнул на эту удочку.

– Ваш кот моего гнома съел!
– закричал он, схватив Микаса за плечи, и тряс до тех пор, пока сам не заплакал.

– Какого еще гнома?!
– теперь настала очередь удивляться Расяле.

– Правда - какого еще гнома?
– присоединился к ней Джим.
– Нам Дженни говорила, там мышь была. Так уж тебе жалко мыши?

– Какое ваше дело!
– отрезал Гедрюс.
– Чего к нам притащились со своим котом! Как разбойники - ночью...

– Вот оно как?..
– Джим весело потер руки.
– А кто наших лисят выпустил? Думаешь, не знаем, что ты ночью к нам на сеновал лазил? Хочешь, Януте позовем? Хочешь?

Теперь уж и Расяле рассердилась на Гедрюса: освободил Микасовых лисят - не рассказывает, поймал гнома - не говорит. Спросишь его: "Гедрюс, где твои очки?" - молчит. "Плачь теперь! Никогда больше тебе не скажу: "Гедрюкас".

Гедрюс понял, что Януте разболтала все - что было и чего не было... Он мог, конечно, ответить Джиму, что Януте сама открыла дверцу клетки, где были заперты лисята, но Гедрюс никогда еще ни на кого не ябедничал. Поэтому и теперь он поступил как мужчина, не стал "топить" Януте.

– Лисят выпустил, кота нашего задушил, а сейчас Микасу рубашку порвал!
– возмущался Джим.

– Не надо было его сразу хоронить, - печально сказал Микас. Может, Черныш еще бы и очухался.

– Очухается... Жмите домой, там ваш кот!
– наконец выложил всю правду Гедрюс.

– Вот это Расяле!.. Вот врушка!..
– обрадовался Разбойник.
– Пошли все к нам бабку есть, ладно?

– Когда захотим, сами испечем, - ответила за обоих Расяле.

– Жаль, жаль...
– закончил невеселый разговор Джим.
– Какие-то вы вареные, прямо инвалиды... Бабка бы вам сейчас не помешала. Чао!