— Ты хочешь сказать, что это он из меня выпер? Башарин попытался встать с койки, чтобы грозно нависнуть над следователем Горчаковым. Но уж больно глубоко он туда погрузился — ему удалось только нелепо дернуться, качнуться вперед и отвалиться обратно.

— Да при чем тут ты! Он выпер вовсе не из тебя. Вон из кого он выпер!

Васька показал на Жукова.

Тот сидел с окаменевшей мордочкой. Возможно, он окаменел от страха. Сейчас, когда выяснится, какую свинью он подложил Башарину, мало не покажется...

— Да ладно тебе на Борьку дохлых собак вешать! — Башарин все не мог поверить, что лучший дружбан так его подставил. — Какого хрена ему меня из себя лепить?

— Вась! — позвал я. — А ты уверен, что нам тут следует находиться вчетвером?

Тут и Васька сообразил, что при Жукове добиться от Валентина толку будет трудновато. Он позвал Лешку с Сашкой и велел им присмотреть за вторым арестантом где-нибудь во дворе.

— Ничего, Борька, сейчас докопаемся до правды! — такими словами проводил его Валентин.

— Хорошо. Допустим, гражданин Жуков ни при чем, — Васька вовсе не хотел ссориться с Башариным теперь, когда без помощи Валентина ему было никак невозможно отыскать его драгоценного нереала. — Но кто-то ведь создал тульпу?

— Выходит, так.

— А теперь слушай меня внимательно. Есть некий субъект, который считает тебя идеальной машиной для мщения, убийства и прочих нехороших дел, — заявил провокатор Васька. — Создавая тульпу, он нарочно придал ему твою внешность. Он полагал, что такой здоровенный дядя лучше, чем он сам, будет стрелять бизнесменов и лупить по мордасам всякую мелкую сволочь. И еще каких-то своих фантазий добавил.

— Козел он тогда, а не субъект! — возмутился Валентин. — Ты что, полагаешь, что я каждый день на обед себе банкиров стреляю?

— Я-то нет, а он примерно так полагает. Ну-ка, Башарин, напряги извилины! Перед кем ты из себя героя строил? Кроме как перед женщинами?

— Никого я из себя не строил! — совершенно неубедительно буркнул Башарин.

— Этот человек знал, что ты прекрасно стреляешь. Знал, что ты собрался на курсы бодигардов. Знал, что для тебя снять бабу — плевое дело... — Васька подался к Башарину и понизил голос. — Ты все еще не догадываешься, кто этот козел?..

Валентин Башарин молчал, и по дубовой его роже трудно было понять — то ли он переваривает информацию, то ли все понял, но не хочет в этом признаваться.

— Значит, уточним детали... — Васька перешел на свой заунывный ментовский стиль. — Ты, гражданин Башарин, говорил гражданину Жукову главным образом о своих достижениях в тире и на амурном поприще, естественно, несколько все преувеличивая...

— Ну, мало ли что я говорил??? — застонал-заверещал Валентин.

Слава бессмертным богам, беззвучно провозглашал я, ныне и присно, и во веки веков! Мы уверенно идем по следу нереала, и мы спасем это несчастное чудовище, и мы придумаем, где ему жить и чем заниматься!..

— Знакомиться с женщинами на улице — учил? — продолжал допрос Вася.

— Да фиг его чему научишь! Он же кретин! — Башарин произнес это так убедительно, что на долю секунды ему поверили. — Он же совсем никакой! Я ему даже всех своих приколов рассказывать не стал!

— А взял что попроще? — догадался Вася. — И утверждал, что это — безотказный способ?

— Ну?! Так он и есть — безотказный! Вежливо подойти и начать, как будто сто лет знакомы! Люсенька! Какими судьбами! А я вас искал, искал, с ног сбился! Пять минут — и она забудет, что впервые меня видит.

Башарин вопил так искренне, что можно было подумать — он ежедневно заводит себе таким нехитрым способом десять подруг и скоро ему, Башарину, придется перебираться в другой город, потому что в этом он всех подходящих женщин уже оприходовал.

— Тебе никогда прохожие морду не били? — осведомился Вася.

— Не-е...

— Значит, учил знакомиться. Учил стрелять.

— Безнадега! Ну, полная безнадега! — воскликнул Башарин. — Он оружия боится, как черт ладана! Мы выехали в лес, забрались в овражек, чтобы, значит, пули — в землю.

— Грамотно, — одобрил Вася. — И что — он в откос оврага попасть не мог?

— Да вроде того. Жмурится, ствол у него в руке пляшет, при отдаче сам себя чуть по лбу не треснул. Я же говорю — кретин.

— Вот! — Вася поднял указательный перст. — Вот она — главная загадка киллера в “Бастионе”! Редко я видел на его лице такую радость.

— Он может скакать по крышам как горный козел, плавать в канализационных трубах как субмарина и летать по воздуху быстрее ракеты! — с восторгом и облегчением сказал Вася. — Но пока у него в руках пистолет — никому и ничего не угрожает! Это значит — что? Что на нем еще не висит никакой мокрухи! Вот если он доберется до дрына — это уж совсем другая петрушка...