— Он чего-то испугался? — предположил Вася.

— Меня он испугался! Понял, что я ему сейчас все выскажу! Вляпался, бездельник, в очередную историю! Опять ему какой-то муженек собрался морду начистить! Мало того, что сам, как блудливый кот, — еще и Борьку за собой тащит! А того куда потянешь — туда он и тащится! Зять то есть!

— А как Башарин был одет?

— Как дурак! Мужику уже под сорок — шастает с голым пузом!

— То есть черная рубашка была расстегнута?

— Весь в черном — тоже мне красавец мужчина! И в дурацких сапогах! Кто в сентябре в такие сапоги влезает, хотела бы я знать?

— В черных сапогах? — Вася сохранял привычное хладнокровие.

— В черных... — не слишком уверенно отвечала жуковская теща.

— Спасибо, вы очень помогли следствию.

Теща пыталась еще что-то рассказать про парочку дармоедов и неудачников, Вальку Башарина и Борьку Жукова, но Вася умел прекращать такие разговоры. И прекратил.

А потом, положив трубку, отпустил мысли на свободу Через два дня полагался аванс, можно было позволить себе очередную роскошь — тысячу двести пятьдесят пестрых загогулин, которые вместе должны были составить невозможно красивый старинный французский замок в долине Луары на фоне июльского полдня.

Вася давно вышел из детского возраста, однако в последний год пристрастился к собиранию “пазлс”. Возможно, это уже было классической блажью завтрашнего старого холостяка. Он по крайней мере раз в месяц покупал большие и дорогие коробки, а получившиеся панно заботливо покрывал бесцветным лаком. Это невинное хобби заменяло ему телевизор — о чем, кстати, никто на работе не знал. На работе были другие игрушки, не такие трудоемкие, — так, полгода назад все, включая полковника Андрея Евгеньевича Сорокина, увлеклись дротиками. Были куплены в складчину два больших круга “дартс” и дорогие тяжелые стрелки-дротики, проводились целые чемпионаты, а кончилось это чуть ли не трагически. Один круг был подвешен на двери, и вечером, в такой час, когда посетителей ждать уже не приходилось, одновременно один из участников турнира метнул зеленую стрелку — и стремительно отворилась дверь.

Перед окаменевшими сотрудниками стояло самое что ни на есть высшее начальство, генерал Каменский, а в его меховой шапке торчало зеленое пластмассовое оперение. Если бы генерал был на два сантиметра выше — остался бы без глаза.

Вася, неизменно бывший в тройке победителей, очень жалел об утраченной забаве.

Так вот, он стал собирать по вечерам, в тех редких случаях, когда они оказывались свободны, большие панно из маленьких загогулин. Иногда до часа — уходило на поиски соседок-выкрутасинок. И Вася порядком наловчился — впервые раскидав по столу пятьсот загогулин, он уже точным движением руки вытаскивал и составлял первые осмысленные сочетания.

Теперь же он замахнулся на тысячу двести пятьдесят!

Тренированные мозги вдруг активизировались.

Киллер из “Бастиона” с мордой кирпичом и в расстегнутой до пупа черной рубахе совместился с маньяком, которому вынь да положь Люсеньку! Сексуальная энергия перла из образовавшейся фигуры до такой степени, что притянула и уложила в ту же связку парня — гипнотизера, приказавшего не трогать инкуба. Сам инкуб, сексуально ориентированный злой дух, своим рельефом совпал и идеально вписался в репутацию неисправимого ходока Башарина, а Башарин в своих возрожденных к новой жизни ковбойских сапогах составил единое целое с киллером!

Картинка наметилась!

Правда, понять, что такое на ней нарисовано, Вася пока не мог. И вообще все это мелькнуло в голове и пропало. Однако ощущение, будто киллер, маньяк, инкуб и ковбойские сапоги как-то связаны, осталось.

Но, как собирание панно “пазлс” начинают с двух загогулин, так и Вася стартовал с самого короткого, во-первых, и лично им зафиксированного, во-вторых, эпизода.

Это была встреча с черноватым, как его обозвали охранники, парнем.

Вася вызвал в памяти легкую, худощавую фигурку в мешковатых штанах, с отрешенным лицом, со стволом в опущенной руке. Если он — киллер номер два, то какого черта не пристрелил Ротмана окончательно?

Почему-то Вася сразу понял: если этот парень поставил себе цель, то он ее достигнет. Надо полагать, его целью было вовсе не убийство. И не подпись Ротмана на банковских документах — это уже проверили. Он что-то искал...

Могло ли быть такое, что он просто шел по следу того, первого киллера, предположительно — Валентина Башарина?

— Версия номер один... — сказал себе Вася.

Если так — то вполне понятно, почему он обратился к человеку в форме. Этот человек преследовал ту же дичь. Обратился, правда, странно, не по уставу, но то, что ему требовалось, — сказал.

Если исходить из этого, то киллер — инкуб! Кем бы он ни был...

Теперь допустим, что Башарин действительно киллер. Или идиот, возомнивший себя киллером. С какой стати парню считать его инкубом? Да еще — своим? Персональным? Пожалуй, настала пора выяснить наконец, что такое инкуб, во всех подробностях! Может, это даже не инкуб, а — Инкуб? Кликуха? Вполне! Принимая во внимание склонности Башарина...

Одно странно — башаринское окружение скорее обозвало бы его Казановой или вовсе Баобабом, несколько исказив это слово. Таких вещей, как инкуб, простому человеку знать не положено. Даже простому следователю угрозыска...