– Какие подопечные? Какое место? – Мозг сопротивлялся, не желая вновь помешаться в сухие рамки повседневности.

– Академик Ступич и вся его головастая братия уже обустраиваются на новой базе. «Ковчег» остается в доке на реконструкцию, а они продолжают исследования в пяти тысячах космических миль отсюда. А ты, как всегда, все проспал.

– Я не спал. Я работал. Налаживал отношения.

– С кем, интересно? Со стюардессами?

Тут я понял, что последнее время действительно как-то редко вижу людей с «Ковчега». Значения я этому не придавал: ну, сидят по номерам, отсыпаются… Не все же такие деятельные, как я…

– В честь Нового года мы тебе это прощаем, – сказал Бинго. – Следующий транспорт идет туда через три дня. Сегодня же запишись у диспетчера на борт. И смотри, не проспи…

Он отключился, а я в очередной раз погрузился в пучину подозрений и тревог. Откуда он, спрашивается, знает, что я тут со стюардессами?.. Откуда им известно, что ученые перебрались на новую базу? Ведь я – главные их глаза и уши здесь!

Значит, не главные, подсказал мне разум. И уж точно не единственные. Кто-то из команды «Ковчега» снабжает их информацией, причем более качественно, чем я.

Вытекает вопрос: зачем тогда держат меня? Да еще платят, причем немало.

Ответ был столь очевиден, что я вслух выругался. Главным образом на самого себя.

Я – не источник информации и не агент. Я – прикрытие для другого, настоящего агента. Я – ложная мишень, на которую сыплются все шишки, проклятия и неприязнь. А тем временем кто-то более осведомленный сливает людям Марциони настоящие ценные сведения.

На душе стало пусто и погано. Я упал на кровать и минут сорок лежал неподвижно, ворочая тяжелыми ленивыми мыслями в голове. Даже выпить не хотелось. Хотелось плюнуть на все и полететь домой первым же рейсом. И будь что будет, плевать. Сволочи…

Так примитивно меня еще никто не использовал. Даже Ректорат, зная мои способности и возможности, никогда не опускал планку ниже известного уровня.

Кстати, надо сообщить Ректорату, что я опять переезжаю. Повалявшись на кровати еще какое-то время, я отправился искать свободный приват-терминал.

И в тот же день получил от Ректората задание, от которого у меня на голове волосы встали дыбом.

Оружия мне не дали никакого, зато под завязку затарили разным умным железом. По сути, это железо и было главным в предстоящем деле, а я – лишь рабочей лошадкой, которая его таскает.

«Компетентное ведомство», в распоряжение которого меня отдал Ректорат, оказалось Агентством по защите стратегических технологий. Угрюмый инструктор с большой родинкой между глаз потратил ночь на мое обучение, но я, конечно, всего не запомнил. Приходилось рассчитывать на удачу и на сообразительность.

Какого черта я должен этим заниматься, я точно не понял. Утешало туманное обещание Ректората «ускорить мою легализацию». Я спросил, насколько ускорить. Последовало еще более туманное определение: «в обозримом будущем».

До RJ-01 меня доставил шустрый почтовик с обаятельной женщиной-капитаном и толстым добродушным коком. Вместе со мной на планету прибыли полтора десятка добротно запечатанных контейнеров с научной аппаратурой и полдюжины ученых.

Как выяснилось, Ступич и его команда расположились на заброшенной военной базе. Здесь была уйма помещений, где можно жить и работать, – от огромных залов до потайных закоулков.

Тем не менее никто не работал. Меня сразу поразила обстановка вольности и безделья, царившая на базе. Охрана уже не прохаживалась по коридорам и не поглядывала по сторонам, а целыми днями играла в карты и откровенно пьянствовала. Ученые, технари бродили с этажа на этаж в домашних халатах, позевывали, дули кофе и трепались о жизни. Академик Ступич, встреченный мною в лифте, с рассеянной улыбкой кивнул и назвал голубчиком и почему-то Витенькой.

Все это я объяснял просто: не все оборудование распаковано, работы не начаты, есть возможность еще порасслабляться.

На мой высокотехнологичный груз никто не обратил внимания. А если бы и обратили, я б сильно не переживал. Найду, как отмазаться, терять-то уже нечего.

Вечером пятого дня я сидел у себя в жилом модуле и готовил железяки к делу. Я знал, что на орбите уже висит целая гроздь полицейских рейдеров, готовых осыпаться на RJ-01, подобно созревшим грушам.

Идея провести на базе полицейскую операцию была столь безумной, что мне оставалось лишь восхищаться самонадеянностью федеральных чиновников. Впрочем, с их точки зрения, не так уж все и безумно. Подумаешь: разгромить очередное нелегальное предприятие, пусть даже исследовательское. Мне объяснили, что Ступич – фактически федеральный служащий и все свои инициативы обязан согласовывать с правительственным комитетом по науке. Любая самостоятельная возня в его положении – все равно что изготовление наркотиков на государственном фармзаводе. Формальных оснований для полицейского погрома более чем достаточно.