Шрифт:
– Вот это да! – Хуан Антонио был в восторге.
– Спасибо, спасибо! – заговорили все в один голос.
– Ты доволен? – спросила Даниэла Ханса. Тот только кивнул. – Теперь опять твоя очередь, – обратилась она к Джине.
– Нет, нет я больше не буду. Лучше я станцую «харабе тапатио».
– От тебя и без этого слишком много шума, – зло сказал Фелипе.
– Тебя не спрашивают! – крикнула в ответ Джина.
– Фелипе, мы же веселимся! – пыталась успокоить его Даниэла.
– Да, веселитесь, только почему-то за мой счет! – закусил удила Фелипе.
– А для чего ты приперся? Никто тебя не заставлял! – воскликнула Джина.
– Для того чтобы продемонстрировать всем, что вы за особы!
– Заткнись! – крикнула Джина.
Но тут уже возмутился Хуан Антонио.
– Послушай, будь поосторожнее, когда говоришь о Даниэле!
– Да катись ты к дьяволу вместе со своим немцем!
– Эй, замолчи! – воскликнул Ханс.
Он вскочил и ударил Фелипе в живот. Завязалась потасовка, и Фелипе, разумеется, пришлось худо. Женщины пытались растащить трех сцепившихся мужчин, но те уже ничего не слышали. Наконец Даниэле, которая буквально повисла на руке Хуана Антонио, удалось остановить его. Джина обнимала немца, который с трудом успокоился. Изрядно помятый, Фелипе поднялся с земли и вытер кровь с разбитого лица.
Глава 30
Рамон все-таки спустился в гостиную. Сония решила объясниться с ним:
– Послушай, я вовсе не собираюсь тебя контролировать. А шофера я посылаю потому, что тебе так удобнее добираться домой.
– Мне вовсе не удобно. Я привык ездить на автобусе. К тому же этот шофер надо мной издевается – корчит мне всякие рожи!
– Я поговорю с ним, – Сония взяла его за руку.
– Это будет еще хуже.
– Тогда я его уволю.
Рамон вздохнул, прошелся по гостиной и сел.
– Вот что, Сония, я не хочу, чтобы из-за меня этот человек потерял работу. И потом, его можно понять: мы были приятелями, а теперь я вроде как хозяин.
Сония покачала головой.
– Ох, Рамон, боюсь, ты со мной неискренен. Что-то тут другое.
Но она не договорила. Неожиданно в гостиную вошла Бренда. Она была здесь как своя, и Сония не удивилась ее появлению.
– Не помешала? – спросила Бренда.
– Да, Бренда, проходи, – кивнула Сония.
– Я пошел, – сказал, вставая Рамон. – Если вы собираетесь зубоскалить обо мне, лучше делать это в мое отсутствие, потому что я могу ответить, и вам будет неприятно.
Рамон вышел. Бренда пожала плечами:
– Какая муха его укусила?
Напряжение последних дней вдруг прорвалось, и Сония закричала на подругу:
– Да как ты смеешь! За что ты его ненавидишь? Ты приходишь в мой дом, чтобы отравлять мне жизнь?!
– Успокойся, Сония, – сказала пораженная Бренда. – Похоже, здесь сегодня все не в духе.
– Рамон прав. Ты приходишь, чтобы издеваться над ним и надо мной, а я не собираюсь этого терпеть, понятно?
– Я ничего еще не сказала. Но, кажется, этот парень не так уж глуп и понимает, в каком смешном положении оказался.
– Я не желаю слушать твои глупости. Вон из моего дома!
– Ну и дура же ты! Если так пойдет дальше, то скоро ты свяжешься с грудным ребенком.
Сония дала ей пощечину. Бренда схватилась за щеку, посмотрела в глаза подруге и выбежала. Сония вытерла слезы, пошла к себе в комнату и легла на кровать. В дверь осторожно постучал Рамон. Войдя, он сел рядом с Сонией.
– Мне очень больно видеть тебя такой, – сказал он. – Это я во всем виноват. Не надо было мне ничего говорить твоей подруге.
Сония, вздохнув, села.
– Нет, все верно! Она приходит сюда развлекаться, – и Сония всхлипнула.
– А ведь так у нас будет со всеми. Я иногда думаю, что лучше мне уйти. Забыть об университете, о тебе… Обо всем.
– Нет, нет, какая ерунда! – прервала его Сония. – ты мне сейчас нужен, как никогда.
Рамон обнял ее за плечи и прижался к ее щеке.
– Но ведь я сломаю тебе жизнь, Сония.
– Перестань, моя жизнь давно сломана, – сказала женщина. – Не вздумай меня бросать. Скажи, что ты меня любишь.
Юноша с грустью посмотрел на нее.
Утро было солнечным, но Даниэла проснулась встревоженная. В ее глазах еще стояла ужасная сцена драки на площади Гарибальди. Но она взяла себя в руки и переключилась на дела своего Дома моделей.
Каролина, как только увидела, что Даниэла прошла в свой кабинет, поспешила к ней: ее переполняли чувства, и ей было необходимо поделиться ими с человеком, который всегда хорошо понимал ее. Она поинтересовалась, как прошел вечер – ведь все сотрудники знали об отношениях Даниэлы с Хуаном Антонио. Услышав невеселый рассказ, Каролина расстроилась: