– Что? Что с тобой? – спросил он, бросившись к ней.

– Не подходи ко мне! – крикнула Вера таким испуганным голосом, что он вначале остановился, но потом снова шагнул к ней.

– Стой! – Вера стала отползать от него словно от змеи, способной наброситься и ужалить ее в любой миг.

– Вера! Это же я, Стас. – Весь его вид выражал недоумение. – Дай мне руку, принцесса, - попросил он мягко, вкрадчиво.

И этот мгновенный переход в настроении испугал Веру еще больше.

– Уходи! Оставь нас в покое! – выкрикнула она, в отчаянии сжав кулаки.

Его потерянный взгляд метнулся к неподвижно лежавшему Нилу, потом скользнул по ее лицу, по скорченной на асфальте фигурке.

– Нас? – переспросил он, нахмурившись. Возле его губ появились напряженные складки. – Хорошо, не сейчас. Сейчас ты меня не поймешь и не услышишь.

После этого Стас запрыгнул в свой автомобиль и исчез.

«Все кончено… кончено… он уехал…» – думала Вера отстраненно. Ее новое платье было разорвано, израненные ноги саднили, душа болела так что не было сил плакать. Вера поднялась и подошла к Нилу, который лежал на боку и тяжело дышал.

– Ты двигаться в состоянии? – спросила Вера, опускаясь перед ним на колени. – Может, «скорую» вызвать?

– Ни в коем случае, – остановил ее Нил, поморщившись от боли. – Сам справлюсь. Я ведь будущий врач, хоть и ветеринар, если помнишь.

Чтобы успокоить его, Вера заставила себя слабо улыбнуться в ответ на эту незатейливую шутку.

Нил вздохнул сначала осторожно, прислушиваясь к себе, затем глубоко.

– Вроде бы ребра целы. И на том спасибо.

– Нил!

– Надеюсь, ты не собираешься извиняться за него? – упредил он ее желание, вытирая распухшую губу, из которой сочил ась кровь.

– Мне так жаль… – просто сказала Вера, сдерживая подступившие к глазам слезы.

Через некоторое время Нил смог встать на ноги, Вера подставила ему свое плечо, и они медленно побрели к подъезду. Ни один из них не сказал больше ни слова.

На следующее утро, едва только родители ушли на работу, Вера сняла с аппарата телефонную трубку. Сегодня она не будет отвечать на звонки. Не будет, и все, кто бы ни звонил!

Вера пошла в душ и, взглянув на себя в зеркало, и ужаснулась: лицо было ее и не ее одновременно. Правая щека заметно припухла и покраснела, хотя синяка не было (пока не было). Когда это случилось? Наверное, когда Стас отпихнул ее от Нила. Да еще коленки в ссадинах.

Бог мой! Увидят родители – начнутся вопросы, что она будет им отвечать? Что приняла участие в ледовом побоище? Ну, положим, коленки можно замаскировать брюками, а лицо? Паранджой, что ли, прикрыть?

Мысли роились в голове, словно пчелы. А перед глазами стояло перекошенное злобой лицо Стаса, когда он пинал Нила ногой. Воспоминания были настолько живы, что Вера содрогнулась от ужаса. Разумеется, она понимала, что поступает малодушно: и телефон, и ее страхи – это звенья одной цепи. Но сейчас она находилась в какой-то прострации. Ей не хотелось думать, вспоминать. Ей хотелось только одного: закрыться в своем маленьком мирке и никого туда не пускать, даже мысли.

К сожалению, не всегда получается так, как хочется. В обед прибежала мама.

– Что с телефоном? – спросила она, но, увидев лицо Веры, забыла о телефоне. – А это еще что такое? – Мама развернула Веру к свету, чтобы лучше рассмотреть припухшую щеку. – Зуб разболелся?

Гениально!

– Да, – подтвердила Вера, скрестив пальцы.

Врать она не любила.

– Сильно болит?

– Не очень.

– Немедленно к врачу, – сказала мама и вспомнила, зачем прибежала с работы, пожертвовав обеденным перерывом. Она обернулась к телефону. – Раззява ты у меня, дочь. Трубку на место не положила, а я обзвонилась. Думала, телефон не работает.

Вера промолчала.

– Вот деньги. – Мама щедрой рукой выложила на стол деньги. – Иди в платную поликлинику. Пусть там посмотрят, что у тебя. Надо же, за одну ночь разнесло! Наверное, зуб мудрости лезет?

– Наверное, – согласилась Вера. – Может, ты поешь хоть что-нибудь?

– Некогда. По дороге пере кушу, – тараторила мама, стараясь в несколько минут уложить максимум информации. – Да, Верочка, я сегодня приду поздно. У меня делегация из Ванкувера. Без переводчика они никак.

Мама торопливо поцеловала Веру, покачала головой, взглянув еще раз на ее щеку, и убежала.

Мама у Веры очень следила за собой – маски, массажи. Раз в неделю русская баня, с парилкой. Вероятно, благодаря последней мама и выглядела моложе своих лет. Высокая, подтянутая, худощавая блондинка с короткой модной стрижкой и французским маникюром по праздникам. Однажды они с мамой оказались на рынке, покупали помидоры У одного армянина. Так тот прямо спросил: «Сестры, наверное?» На что Вера, не раздумывая, заявила: «Точно, причем я старшая», а мама спрятала довольную улыбку. Комплимент о непроходящей молодости был для нее лучшим подарком.