Джон уже собрался было встать, но внезапно задумался. Шерлок тихо посапывал, его тело было расслабленным — похоже, он еще спал. Может, не будет ничего плохого в том, чтобы продлить счастье лежать рядом с ним еще на минуту? В конце концов, теперь Шерлок знал о его чувствах, и в этом не было никакой недоговоренности.

Постоянно спать в одной постели с Шерлоком Джон не собирался, как бы соблазнительно или практично это ни звучало, — ситуация только осложнилась бы еще больше. Так неужели же ему нельзя один-единственный раз позволить себе побыть в объятиях Шерлока, представляя себе, что он может просыпаться так каждое утро?

Джон знал, что поступает глупо. Разумным вариантом, как твердил ему настойчивый внутренний голос, было бы встать прямо сейчас, поставить чайник и притвориться, что ничего не произошло. Отвергнуть соблазн. Жить как ни в чем не бывало. Выбросить из головы всю эту чушь, а главное — встать с дивана сию же секунду...

Джон закрыл глаза и сосредоточился на своих ощущениях. Тонкая сильная рука обнимала его уверенно и властно, он чувствовал длинные пальцы, лежащие на его груди и бедре. Их прикосновение сквозь тонкую ткань было лучше всего на свете. Тело Шерлока, прижавшееся к нему от макушки до пят, было удивительно теплым, а дыхание легко щекотало ему шею. Джон вздрогнул, и Шерлок немедленно обнял его крепче: пальцы на той руке, что лежала у него на груди, растопырились и снова сжались, а вторая соскользнула с бедра на живот и обхватила его за талию, забрав в горсть ткань футболки.

Джон был готов заплакать. Тот, кого он желал и о ком мечтал, обнимал его, но это ничего не значило. Шерлок не похож ни на кого, ему не нужны все эти нелогичные, беспорядочные, утомительные человеческие взаимоотношения. Он выше этого. Джон, это была глупая идея.

Наверное, ему действительно надо было съехать теперь, когда Шерлок больше не нуждался в уходе и помощи. Если бы у него оставалась хоть толика чувства самосохранения, он сделал бы это еще несколько месяцев назад — как только осознал, во что превратилась его бесполезная, бессмысленная привязанность.

Но он не мог. Даже в минуты самого черного отчаяния, полностью понимая, на какую боль обрекает себя, Джон не мог уйти. Он чувствовал, что между ним и Шерлоком есть связь, которую он не может ни понять, ни объяснить, и что Шерлок тоже ощущает ее — иначе он не принимал бы помощь Джона так легко, отвергая любую другую.

Джон глубоко вздохнул, набираясь решимости, и начал подниматься, но из-за его спины сразу же раздалось недовольное ворчание, и сильные руки обхватили его, не давая пошевельнуться.

— Джон.

Голос Шерлока был низким и хриплым спросонья, от него по нервам Джона словно пропустили ток. Он снова попытался высвободиться, но стальное объятие не разомкнулось.

— Джон, скажи что-нибудь, — потребовал Шерлок.

— Что ты делаешь?

Шерлок ощутимо расслабился.

— Я спал, пока ты не начал крутиться, как уж на сковородке, — горячее дыхание щекотало шею Джона, совершенно не способствуя замедлению его пульса.

— Но почему здесь? Ты же, кажется, собирался согнать меня с дивана, а не забраться на него сам!

— Ты не возражал, — загадочно ответил Шерлок.

— Что ты имеешь в виду? — Джон попытался повернуть голову, но не смог. Господи, что еще у Шерлока на уме? Что произошло вчера вечером? Он напряг память, но воспоминания обрывались сразу после того, как он лег на диван.

— Я хочу, чтобы ты остался со мной, — твердо сказал Шерлок, пропуская вопрос мимо ушей. — Мне надоели разговоры про нового врача. Я не хочу, чтобы кто-нибудь чужой щупал и тыкал меня.

Джон решительно вытряхнул из головы образы щупания и в особенности тыкания Шерлока и постарался сосредоточиться на разговоре.

— Я хочу, чтобы ты был моим врачом, — настойчиво продолжал Шерлок. — И я хочу, чтобы ты спал со мной. Или, — он приблизил губы к самому уху Джона, и тот поперхнулся заготовленным возражением, — я приду спать с тобой. Меня устроит любой вариант.

Тихо зарычав, Джон сгорбил плечи и наклонил голову, пытаясь отодвинуться от этих невыносимо отвлекающих губ. Он снова попробовал повернуться, но Шерлок держал крепко, возможно, рассудив, что беседа пойдет легче, если ни один из них не будет видеть другого.

— Шерлок, ну сколько раз я должен повторять, что так нельзя? — почти взмолился он. — Врач не может лечить того, кого...

Он запнулся и поежился от неловкости, но слово должно было прозвучать.

— Кого безумно хочет. Это неправильно, ты понимаешь?

Шерлок вздохнул.

— Ты ведешь себя со мной как с нормальным человеком.

— Ты нормальный человек, Шерлок! То, что ты сейчас не видишь, вовсе не значит...

— Нет, Джон, — прервал Шерлок. — Речь не о моих текущих проблемах. Я имею в виду, ты обращаешься со мной так, словно я реагирую на вещи так же, как остальные люди.