– Но тебе же было мало, сам решил поиграть. И что из этого вышло?- натолкнувшись на заинтересованный взгляд, я отвернулась от парня, ну не могу так, лучше со шторами вон пообщаюсь,- Ничего хорошего. Самовлюбленный кабель,- почему-то решила добить этим Матвея, но видимо просчиталась.

– А ты трусиха,- усмехнулся Архипов.

В какой-то момент, задыхающуюся от возмущения меня, а поэтому потерявшую бдительность, легким движением, опрокинули обратно на кровать. И теперь уже я маленькая и беспомощная смотрела на склонившегося надо мной парня.

– Идеальная пара.

Легкое касание скулы и горячее, немного прерывистое дыхание, обжигало нежную кожу, остановилось около бешено бьющейся артерии не шее.

Зажмурив глаза, уперлась ладошками ему в грудь. Но, похоже, парень и не думал продолжать. Отстранившись, он аккуратно взял меня за подбородок и повернул к себе лицом.

– Открой глаза,- шумно выдохнув, я помотала головой,- открой, я ничего тебе не сделаю.

С недоверием приоткрыла один глаз зыркнула на соседа и поймала насмешливую ухмылку.

– Ну хоть что-то,- поцеловал в кончик носа. Легко, играючи и так невесомо, по-детски, что в изумлении я и второй открыла, вперив недоверчивый взгляд в Матвея. А он улыбнулся беззаботно, ласково... чертовски подозрительно.

Легкий поцелуй обжег губы, заставляя поддаться немного на встречу и вновь прикрыть глаза. Так и вправду лучше, когда не видишь, чувства обостряются и от легкого прикосновения готова рассыпаться на атомы. Словно холодные снежинки касаются разгоряченной кожи, на мгновение, предоставляя столь требуемую прохладу, дразня еще больше. И лишь от этого тело превращается в одну натянутую струну, готово отозваться на любую ласку.

Дезориентированная и потерявшаяся в пространстве, я не сразу поняла, что происходит. Футболка парня, которую я так неуверенно мяла в начале нашего разговора, была уже не в зоне досягаемости, а чья-то (хотя почему чья-то?)... рука Матвея, скользнув по бедру, методично подбиралась к пуговке на моих шортах.

– Что ты делаешь?- боже, это мой голос? Ни капли возмущения, столь сексуальная хрипотца и томящие, тянущие нотки. Любопытство и не капли сопротивления.

– А что я делаю?- заискивающий, и от того еще более будоражащий воображение, голос.

А и правду, что он такого делает? Легкие касания, словно невесомые, и дыхание от них перехватывает, словно в какой-то момент забываешь как это - дышать.

Сладкие и такие дразнящие поцелуи влажной дорожкой прошли от уха и до груди, останавливаясь, словно думая, а стоит ли дальше? И все начинается снова. Сейчас дыхание участилось, хриплые стоны и хочется большего. Нет того звериного напора, пугающего, подавляющего, а лишь дразнящие, мимолетные прикосновения, которых мало, которыми хочется насладиться, окунувшись во все это с головой.

Одежда давно уже перестала быть препятствием, ненужные мешающиеся тряпки. И касание его кожи, перекатывающиеся мышцы и бисеринки пота, скатывающиеся по щеке, понимание того, что не я одна готова умолять его хоть что что-нибудь сделать. Напряжение во всем теле и нежный уверенный взгляд, обещающий, что все будет хорошо.

Выгибаясь до боли в мышцах под уверенными мужскими руками и понимание того, что больше невозможно терпеть.

– Матвей,- губы горят и пересохли, и без того хриплый голос срывается на стон и прерывается нежным поцелуем. Не могу больше.

– Матвей,- черные затуманенные глаза смотрят с вопросом и, только сейчас замечаю, с неуверенностью, в голове пусто и все что могу произнести это его имя и...- пожалуйста...

Нежное мимолетное касание от плеча до ладони, переплетаются пальцы, взгляды, тела...

– Потерпи немножко.

И болезненный полу-крик полу-стон тонет в нежном и словно извиняющемся поцелуе. И неописуемее удовольствие, накатывающее, словно волны в шторм.

Да, это, наверное, была самая лучшая ночь в моей жизни.

Утро настало невероятно быстро. Мне кажется, я так и не смогла уснуть, хотя чувствовала себя невероятно бодрой и счастливой. Рядом лежал на спине Матвей, умиротворенно сопя и даже во сне пытался прижать меня покрепче, морщась каждый раз, когда я пыталась лечь поудобнее.

Тело немного ломило и если честно, то делать совершенно ничего не хотелось, а перед глазами то и дело проплывали моменты прошедшей ночи. Заставляя то нервно хихикать, то заливаться краской необъяснимого стыда.