Лекуром по два часа подряд. У меня была любовница, совсем

чахоточная. Я с ней расстался. Я взял крупную девицу, такую

же, как я сам, и предписал ей свой режим: бордо, баранина,

гантели... И под конец она стала такой крепкой, что, когда я

бил ее, перекладины стульев ломались о ее спину... Вот как!..

Да что там говорить! Ударом кулака по «голове турка», —

а это была новая «голова турка»... Санд, вы-то знаете, что это

такое? — Г-жа Санд смотрит на него сомнамбулическими гла

зами. — Ударом кулака я выбил пятьсот двадцать!.. Даже Оссан-

дон, тот, что, спасая свою собаку, задушил в объятиях медведя

на заставе Комб а, а потом еще пошел к колодцу вымыть себе

вылезавшие наружу внутренности, — так вот, даже Оссан-

дон никогда не мог выбить больше чем четыреста восемь

десят. < . . . >

11 апреля.

<...> Гений, который в настоящее время влияет на все и

на всех, — это Мишле: в «Тружениках» Гюго есть что-то от

«Моря» Мишле *. Сегодня открываю книгу Ренана: это фенело-

низированный Мишле. Мишле — закваска современной мысли.

12 апреля.

< . . . > Все-таки книги Гюго — это волшебные книги, и при

чтении его, как при чтении всех больших мастеров, ваш мозг

приходит в слегка лихорадочное состояние.

Один из дней апреля.

< . . . > О чем больше всего болтают некомпетентные люди,

так это о живописи.

535

После чтения: в мозгу какое-то сосредоточенное возбужде

ние, часами стремишься уйти от реальности. < . . . >

Женщина, очень худая, с очень глубоко сидящими светло-

голубыми глазами, выделяющимися в нежной тени бровей и

ресниц; очень высокий лоб, впалые виски с сетью синих жилок

на белой коже, рот отнюдь не чувственный, сентиментальный

рот, улыбка скользит от глаз к губам... Бывают женщины, по

хожие на душу. <...>

25 апреля.

< . . . > Qualis artifex реreo 1. Божественное и неоцененное из

речение! Самая большая честь, когда-либо воздававшаяся неза

менимости артиста. Нерон не оплакивает себя как императора,

хозяина мира: он оплакивает тайну искусства, которую уносит

с собой.

6 мая.

Флобер говорил мне вчера: «Во мне есть два человека. Один,

вы видите, такой: узкая грудь, железный зад, человек, со

зданный, чтобы сидеть, склонившись над письменным столом;

а второй — коммивояжер, веселый, как настоящий коммивоя

жер в поездке, и обожающий сильные физические упражне

ния!..»

13 мая.

Жена маршала Канробера улыбается главным образом гла

зами, у нее ангельски плутоватое выражение лица, прическа с

металлическими листьями, отливающими синим, словно шпан

ская мушка. Как это прелестно, когда женщина, чувствуя, что

на нее смотрят, принимает искусственно-естественную позу. Это

внушает мне мысль написать задуманный мною роман о

любви, — по крайней мере все его начало, — изучая жесты и

почти что электрический контакт, передачу флюидов взгляда и

тайную общность мыслей.

15 мая.

< . . . > Скептицизм XVIII века составлял часть здоровой на

туры. Наш же скептицизм связан со страданием и горечью.

1 Какой артист погибает ( лат. ) *.

30 мая.

<...>. Вокруг себя мы чувствуем как бы отчуждение, всеоб

щую холодность и угадываем, что в глубине души нам не про

щают ни наших книг, ни нашей манеры держаться, сердятся на

нас за нашу откровенность, за правдивость наших произведе

ний, а выражают свою антипатию — по случаю и под предлогом

нашей неудачи с «Анриеттой Марешаль». < . . . >

3 июня.

Новый симптом зависти, ненависти, вызванных нашим успе