Мне хотелось плакать. Почему именно сейчас? Сейчас, когда все так хорошо.

– Мама? Не плачь! Пойдем домой, - тоненьким голоском протянула Сандра. Тяжело вздохнув, я взяла свою дочурку за руку, и мы поехали домой.

Дня через два, на выходные, ко мне приехала чета Теста, в полном составе. Антонио как всегда возился с детьми. Сандра обожала его, а он ее. Мы с Марисой готовили.

– Знаешь, два дня назад я встретила Дилана, - ни с того, ни с сего сказала я. Она лишь смотрела на меня с открытым ртом.

– Может, ты что-нибудь скажешь? А не будешь на меня таращиться с открытым ртом.

И тут же она его закрыла, но ничего не сказала. Повисла тишина. Я видела, что она что-то обдумывает и при этом режет зелень.

– Он знает?

– Нет.

– Догадался.

– Не совсем.

– Что это значит?
– повернув ко мне голову, спросила она.

– Сандра догадалась. И спросила у меня при нем, а ему тоже стало интересно.

– Она очень умна. А он болван. Не узнать своего ребенка. Она же его копия, твои только глаза.

– Что мне делать, Мариса?
– от бессилия у меня опускались руки.

– А что делать? Скажи ему правду. Что ты, когда сбежала, уже была беременна. И посмотри на его реакцию. А там думать будем.

Я смотрела на нее, как на сумасшедшую. Рассказывать ему все не входило в мои планы. Я боялась этого. Еще свежи были воспоминания той драки, тех холодных слов, произнесенных им в последнюю нашу ночь. Я боялась, я очень боялась. А что, если он заберет у меня Сандру? Этого я не переживу.

Из раздумий меня вывел голос Антонио.

– Кларисса, к нам гости! Он хочет поговорить с тобой, - от этих слов меня пробил холодный пот. Ничего не говоря, я пошла в гостиную.

То, что я увидело, произвело на меня такое впечатление, что я не смогла отвести взгляд. Дилан сидел с Сандрой на коленях, они о чем-то весело болтали, но когда увидели меня, замолкли. Меня подтолкнул Антонио, Мариса стояла за ним.

– Привет!
– спокойно поздоровался с нами Дилан.

– Какими судьбами?
– ехидно спросила Мариса, протискиваясь в гостиную.

– Да вот пришел поговорить с Клариссой.

– Тогда не будем мешать, - взявшись за коляску, где спокойно спали близнецы, она покатила ее на кухню, походу шепнув Антонио, чтобы тот забрал Сандру.

Когда мы остались одни, я почувствовала себя неуютно. Поборов волнение, я села напротив него.

– Как ты узнал, где я живу?

– У меня свои связи, - уклончиво ответил он.

– Ладно, я тебя слушаю. О чем ты хотел поговорить?

– А ты не догадываешься?
– холодно ответил он вопросом на вопрос.

– Нет, - прикинулась я дурочкой.
– Намекни.

– Сандра... моя дочь?

– С чего ты взял?

– Вот только не надо! Я не слепой.

– А что если и твоя? Что тебе это дает?
– с вызовом спросила я.

– Значит, это правда! Почему ты не сообщила об этом раньше? Пять лет я был в неведение, а теперь...

– Что теперь, Дилан?

– Как так получилось? Почему, Кларисса?
– чуть ли не крича, спросил он.

– Эта моя дочь и только моя. Запомни это, - я сглотнула.
– А причина, по которой я тебе не сообщила, очень проста, я боялась тебя.

– Боялась меня?
– удивился он.
– Почему?

– Ты сказал, что заберешь ребенка. И ты вел себя так, будто мстил.

– Я бы никогда этого не сделал. И с чего взяла, что я мстил? Неужели ты не можешь забыть о причине нашего знакомства.

– Да. Не могу.

– Какая же ты глупая.

– Глупая?
– я чуть было не поперхнулась.

– Да, глупая. И я не мстил.

– А как же случай с Эриком? Ты был очень зол.

Его лицо перекосилось от гнева. Дилан встал и подошел к окну. Я смотрела на его напряженную спину. Почему он сейчас злится? Это я должна злиться, ведь он ворвался в мою жизнь, снова.

– Я был очень зол, я этого не отрицаю. Эрик прекрасно знал о моих чувствах к тебе, но все-таки не устоял. Ты же знаешь, что он не живет с Франческой, хотя они и не развелись?