– Да, знаю.

– Он сейчас, насколько мне известно, в Бельгии, подписывает контракты на сотрудничество.

– Значит, ушел в работу! Вы общаетесь?

– Смеешься, да?
– усмехнулся он.
– После "кровопролитной" драки мы не разговариваем.

– Но прошло пять лет?
– удивилась я.

– И что с того? Он зашел на мою территорию. Хотя у нас с ним всегда была договоренность, что добычу друг друга не трогать, а он ее нарушил.

Я поморщилась.

– Ты говоришь так, как будто я кусок мяса. Это неприятно, знаешь ли.

– Прости за такую аналогию, - подумав, он продолжил.
– Я хочу видеться со своей дочерью как можно чаще. Итак, пять лет коту под хвост. И требую, чтобы я был вписан в графу отцовства.

Я смотрела на него с открытым ртом. Да он просто на меня давит.

– Я же там не указан?
– ехидным голосом спросил он.

– Почему ты думаешь, что ты там не указан? Я что изверг?

– То есть ты указала, что я отец, но не сообщила?
– он изучающе посмотрел на меня.

– Именно. Не видела смысла сообщать, - небрежно кинула я.

– Не видела смысла? Я что настолько тебя испугал?

Он, что надо мной издевается?
– пролетела мысль в моей голове.

– Твоя жена не родила тебе ребенка?
– стараясь придать холодности своему голосу, спросила я.

– Я не женат.

Наши взгляды встретились. Не женат? Тогда объясните мне, почему он был с Медлен два дня назад?

– А как же Медлен?

– Ревнуешь? Значит, еще что-то испытываешь ко мне, - довольно улыбнулся он.

Ревную? Да. Но я не могла ему об этом сказать. Еще что-то испытываю? Да. Но что именно? Любовь или ненависть? Если это любовь, то я идиотка. Как можно любить его спустя пять лет. Пусть даже у нас общий ребенок, но любовь... А ненависть я должна испытывать? Скорей всего. Так почему я ее не испытываю? Неужели все-таки люблю?

– Я не отдам тебе Сандру. Даже не надейся.

Он прищурился.

– Я не забираю ее у тебя, просто хочу участвовать в ее жизни. Ты же знаешь, что я хотел ребенка, иначе бы...

– ... ты со мной вновь не сошелся, - закончила я за него.

– Ты говоришь жестоко. Но действительность заключается в том, что...

– ... ты живешь другом городе, а ездить из города в город я не могу.

– Может быть, перестанешь меня перебивать? Это не красиво. А по поводу расстояния, мы что-нибудь придумаем.

– А может вам лучше пожениться, да и успокоиться?
– раздался голос Марисы.

Я смотрела на нее и не верила своим ушам. Выйти замуж за Дилана. Подруга, зачем ты бередишь старые раны?

– Я думал об этом. Но боялся, что Кларисса не согласится.

– И правильно боялся, я не соглашусь, - почти истерически вопя, заявила я.
– Будь ты даже последним мужчиной на Земле...

– Я понял, - остановил он меня, подняв руку.
– Но если ты не позволишь мне видеться с дочерью, я подам в суд.

– Не надо меня запугивать.

– А я и не запугиваю. Что ж, - посмотрел он на часы, - мне пора. Поговорим завтра. Сандра?

Из кухни вышел Антонио вместе с детьми. Дилан кивнул ему. Сандра робко на него смотрела, но все-таки подошла поближе. Он присел.

– Увидимся завтра, хорошо? И ты мне расскажешь до конца ту сказку, - улыбнулся он ей.
– И я думаю, что ты должна знать, я твой папа.

Девочка улыбнулась от этих слов, посмотрела на меня и бросилась ему на шею. Дилан поднялся вместе с ней. Меня била дрожь.

– Я знала, что ты мой папа. Я похожа на тебя, хотя глаза у нас с тобой разные.

– Да, глаза разные. У тебя они мамины.

– Угу, - кивнула малышка, и чмокнула его в щеку.

– Ладно, мне пора, - еще раз покрепче обняв Сандру, он поставил ее на пол и повернулся в мою сторону.
– Я зайду завтра, и мы все решим. Так что не теряй время, подумай.

Попрощавшись, он ушел.

– Итак, что будем делать?
– спросил Антонио, все это время он старался не вмешиваться.