Бугай остановился, развернулся ко мне, и удивленно захлопал глазами, так же как и девочка.

– Ты меня слышал. Я в этих краях человек новый, и она мне пригодится как сопровождение.

– А мне-то, что за дело до этого?

– Никакого. Только кости целее будут.

Бугай критично оценил мой, слишком новый и блестящий для этих мест, вид, и прикинул, сколько я уже здесь нахожусь, после чего, нехотя, отступил.

– Иди сюда, - сказал я девочке - он тебя больше не тронет.

Маленькое тельце состоящее из кожи и костей, с опаской подползло ко мне, и встало у моей ноги, осторожно выглядывая в сторону бывшего обидчика.

– А ты - можешь идти. Пока что - живым и целым.

Блеф удался, и парень который мог раскатать меня по остаткам местных стен ровным слоем, недоуменно крутя головой, ушел.

– Тебя как зовут?

Девочка недоуменно пожала плечами.

– Обычно - мелкой сучкой, выродком, прошмандовкой...

– А имя у тебя есть? Как родители назвали?

– Не знаю. Они сдохли от передоза, после того, как я родилась.

Я задумался. Выжить без чьей-то поддержки до этого момента ей было нереально, и потому напрашивался разумный вопрос...

– Под кем ходишь?

– Под Ржавым. Он всех детей собирает.

– Отведи меня к нему.

Она кивнула, и устремилась по улице с такой скоростью, что мне пришлось солидно увеличить шаг, чтобы поспевать за ней.

Когда, спустя минут двадцать, она привела меня к полуразрушенному дому, в который явно попала ракета, я остановился, чтобы осмотреться и прислушаться.

Все шло слишком гладко, чтобы не вызвать разумных подозрений. Долго это продолжаться не могло, и мне нужно было быть начеку, чтобы заметить приближение неприятностей до того, как они решат случиться.

– Позови его сюда, я не пойду вовнутрь.

Она кивнула, и быстро скрылась из виду, чтобы через несколько минут появиться вместе с подростком, лет пятнадцати. На нем была прорезанная в нескольких местах куртка, у которой рукава давно отсутствовали, и штаны, которые держались исключительно за счет куска проволоки, обмотанного вокруг пояса, поскольку они явно принадлежали до того кому-то, с кем паренек не мог сравниться по габаритам.

На меня уставилась пара глаз, которые могли бы принадлежать старику, а вовсе не мальчишке, и хриплый, периодически ломающийся, голос, выдал:

– Ты кто такой, и что тебе нужно?

– Детишек, значит, собираешь, Ржавый?

Парень провел рукой по своим рыжим волосам, несомненно, давшим ему его прозвище, и ответил:

– Не продаются. Самому нужны.

– А я и не покупать пришел. Тебе их кормить надо, да и прочее... На это деньги нужны. У меня есть товар, и если сведешь с тем, кто может заплатить больше остальных, получишь процент.

Глаза паренька засветились.

– Что за товар?

– Лекарства. Лицензированные. Не особо много, но разные. И...

– Да?

– Та девчонка, которая меня привела. Она - тоже часть сделки. Мне нужен проводник, а она, похоже, местность хорошо знает.

– Ты же не из педофилов?
– осведомился он.

– Нет.

Он задумался.

– Будь ты даже из них, она сказала, что ты ее от Колечника защитил. Зачем ты это сделал?

– Тебе мои причины важны, или дело?

– Просто хочу знать. Нас еще никто не защищал, и никто денег не предлагал. Пытаюсь понять, что же ты за человек.

Из дома выскользнул какой-то мальчишка, лет десяти, и подбежав к Ржавому что-то торопливо зашептал ему на ухо. Выслушав, он кивнул, и повернулся ко мне.

– Значит, Брайан Русаков? Тебя полчаса назад объявили мертвым, и виновным в серии терактов против "Солар Майнинг".

Это был удар под дых.

– Кто объявил?

– Союз.

– Твари. ГБ взорвало к чертовой матери мою контору, а меня сюда зашвырнули. Выжить пытаюсь.

Парень прищурился.

– Оружие есть?

– Нет.

– Заведи. И дам я тебе эту мелкую, без нее ты действительно за сутки здесь загнешься. Все равно меньше всех приносит. Только чтобы цела осталось, ты понял?

Это была забота об имуществе, а не о маленьком несмышленом ребенке, но мне было все равно.

– По рукам. Как быстро свести с нужным человеком сможешь?

Он протянул мне ассист.

– Вбей все, что на продажу. Посмотрю, за сколько можно все загнать, и постараюсь устроить подороже.

– Это в твоих интересах.

Я принялся вбивать список препаратов, которые помнил наизусть, но пару раз мне все-таки пришлось взглянуть на ампулы, чтобы освежить все в памяти.

– Пока искать покупателей буду - можешь у нас побыть. Мои - тебя не тронут, я им скажу.