старинном доме прожили свою жизнь многие поколения людей, то с течением

времени свист ветра в щелях, скрип балок и стропил делаются до странности

похожими на звуки человеческого голоса, на раскаты хриплого смеха, на

тяжелые шаги, гулко отдающиеся в заброшенных комнатах. В доме словно

пробуждается эхо столетней давности. Именно такой фантастический хохот и

невнятное бормотание доносились до нас, когда я прощался с моими

собеседниками у камина Губернаторского дома; и этот шум все еще звучал у

меня в ушах, пока я спускался с крыльца в темноту и шел домой навстречу

хлеставшей мне в лицо метели.

МАНТИЛЬЯ ЛЕДИ ЭЛИНОР

Перевод И. Комаровой

Несколько дней тому назад мой досточтимый Друг, содержатель таверны в

Губернаторском доме, любезно пригласил мистера Тиффани и меня отведать

устриц за его скромным столом. При этом он великодушно объявил, что такой

незначительный знак внимания - ничто в сравнении с наградою, которую по

справедливости заслужили мы оба: мистер Тиффани - своими непревзойденными

рассказами, а я - скромной попыткой записать их; так или иначе, но

последствия нашей счастливой встречи принесли заведению мистера Томаса Уэйта

небывалую популярность. Не одна сигара была там выкурена; не один стакан

вина, а то и более крепкой aqua vitae[*Водки (лат).], был там осушен до дна, не один обед исчез в желудке новых посетителей таверны, которым никогда не

пришло бы на ум пуститься поздно вечером по глухим улицам к историческому

зданию Губернаторского дома, не вступи мы с мистером Тиффани в столь

плодотворное сотрудничество. Короче говоря, если заверения мистера Уэйта не

были простой данью светской любезности, мы так же убедительно напомнили

публике о существовании всеми забытого Губернаторского дома, как если бы

снесли на Вашингтон-стрит все сапожные и мясные лавки и открыли бы миру его

аристократический фасад. Впрочем, соблюдая интересы мистера Уэйта, не будем

чересчур распространяться о его расширившейся клиентуре: чего доброго, ему

не удастся возобновить аренду Губернаторского дома на столь же выгодных

условиях, как до сих пор.

Встретив такой радушный прием, мы с мистером Тиффани в роли

благодетелей без дальнейших церемоний воздали должное превосходному ужину.

Быть может, трапеза выглядела менее великолепно, чем те пиры, безмолвными

свидетелями которых бывали в минувшие времена обшитые панелями стены

Губернаторского дома; быть может, и хозяин наш выполнял обязанности

председателя с меньшей торжественностью, чем подобало бы человеку, сменившему на этом почетном месте королевских губернаторов; быть может, и

гости являли собою менее внушительное зрелище, чем высокопоставленные особы

в напудренных париках и расшитых камзолах, пировавшие во время оно за

губернаторским столом, а ныне мирно спящие в своих украшенных гербами

склепах на кладбище Коппс-хилл или вокруг Королевской часовни; и все же я

осмелюсь утверждать, что никогда, со времен королевы Анны до самой Войны за

независимость, в этом доме не собиралось столь приятное общество. Особый

интерес сообщило нашей дружеской вечеринке присутствие одного почтенного

джентльмена, живо помнившего далекие события, связанные с именами Гейджа и

Хоу, и даже знавшего две-три не слишком достоверные истории из жизни

Хатчинсона. Он принадлежал к той небольшой, в наши дни почти исчезнувшей, группе людей, чья приверженность монархии и колониальной системе управления

со всеми ее атрибутами выдержала испытание временем и устояла против всех

демократических ересей. Юная королева Британии имеет в лице этого достойного

старца самого верного своего подданного; нет на земле человека, который

склонился бы перед ее троном с таким благоговением, как он; и хотя голова

его поседела уже при Республике, он до сих пор, особенно под хмельком, именует эту гуманную форму правления узурпацией. Сказать по правде, старый

монархист немало повидал на своем веку; жизнь его не баловала - зачастую он

оставался совсем без друзей, а если такие и находились, то в выборе их

нельзя было проявлять особой щепетильности, - и потому он вряд ли отказался

бы от стакана вина в доброй компании, будь его собутыльником сам Оливер