– Не мне судить тебя, Стас. Если Соня вернулась к тебе после всего, что между вами произошло, значит, так действительно лучше.

Парень облегченно выдохнул и благодарно улыбнулся. Улыбка оказалась настолько мягкой и теплой, что Арина не удержалась от ответной. Почему-то ей казалось, что со Стасом она найдет общий язык.

Впрочем, какая разница? Она ведь скоро уедет отсюда.

– Пойдем к Соне?
– вздохнула она, поднимаясь и направляясь к двери подъезда.

Стас открыл дверь ключом и пропустил Арину.

– Ты иди, а я в магазин схожу, куплю что-нибудь из продуктов. Вам ведь нужно поболтать о девичьем, верно?

– Угадал, - кивнула девушка в ответ.
– Спасибо за понимание.

А еще с помощью этого разговора она должна смириться с тем, что рушиться ее спокойная жизнь, к которой она стремилась с самого детства.

– Ну и как тебя угораздило?
– с порога спросила она Корнееву, осуждающе качая головой.

– Не спрашивай. Просто сломалось что-то под гнетом мелких передряг и неурядиц.
– Соня направилась на кухню, где уже витал аромат чего-то безумно вкусного и аппетитного. На столе расположились чашки с чаем, а в центре, окруженный вазочками с печеньем и конфетами, стоял торт, явно сделанный заботливыми руками подруги. Арина опустилась на стул, с наслаждением вдыхая запах свежей выпечки.

– На будущее - друзья нужны для того, чтобы чинить сломавшееся.
– Она взяла одну конфетку и зашелестела оберткой.

– Друзьям бывает не до тебя.
– Соня села напротив подруги и взяла в руки нож.
– Тебе кусочек побольше или за фигурой следишь?

– К черту фигуру, твои кондитерские шедевры стоят лишних сантиметров на талии.
– Арина улыбнулась, принимая из рук подруги тарелку с тортом.
– С чего ты взяла, что друзьям не до тебя? Мы хоть раз бросали тебя в беде?

Корнеева виновато опустила глаза, ковыряя свой кусочек вилкой. Арине осталось только вздохнуть и приняться за десерт.

Несколько минут на кухне царило молчание, пока Соня не отложила вилку в сторону. Ее голос немного дрожал первое время, было видно, как трудно девушке даются слова:

– Я не знаю, как так получилось. Может, испугалась этого ублюдка, может, испугалась своей слабости. Когда поняла, что вляпалась во что-то очень нехорошее - было поздно. Понимаю, ошибок натворила кучу, теперь Марку многое нужно сделать, чтобы и с Лесковым разобраться, и мою репутацию спасти.
– Она кивнула на газету, лежащую возле ее тарелки.

– Видела, читала.
– Арина сделала глоток, наслаждаясь бархатным вкусом чая.
– Интересно, сколько заплатили этому журналюге.

– Страшно не это... Родители обо всем узнали.
– Соня прикрыла глаза ладонью и поморщилась, как от зубной боли.
– Столько укора я еще за свою жизнь не слышала.

– Просто раньше ты ничего подобного не творила. Все в порядке? Они поняли ситуацию?

– Стас разговаривает с ними внизу по телефону.

– А мне сказал, что в магазин, - улыбнувшись, Арина ободряюще погладила подругу по руке.
– Не волнуйся, они поймут.

– Они уже поняли. Просто... Им стыдно признать, что у них такая непутевая дочь. Ладно, обо мне сейчас не будем. Что у тебя стряслось, подруга?

И Арину прорвало. Со слезами на глазах она рассказала о Маше, о матери, о племяннице, оставшейся сиротой и о том, что ей придется взвалить на себя ответственность за маленькую, напуганную девочку. О своих страхах и волнениях. О своем нежелании что-либо менять в своей жизни. Соня слушала ее внимательно, не перебивая, изредка подливая чай в так быстро пустевшую кружку. Рассказ получился долгим, Арине показалось, что она говорила несколько часов, не переставая. И ей стало легче. Груз, лежавший у нее на сердце все это время, медленно растворился под мягким, сочувствующим взглядом подруги.

– Что я могу сказать...
– Соня замялась на несколько мгновений, подбирая слова.
– Ты поступаешь правильно, Риш. Так, как следует. И неважно, что сейчас тебе кажется, что твоя жизнь рушится и катится под откос, со временем все изменится. Ты очень сильная, сильней меня и Марины, сильней Марка, Стаса... У тебя есть силы, чтобы сделать то, что от тебя требуют. Твоя сестра доверила тебе самое ценное, что у нее было, а значит... Она знала, что ты не сбежишь, испугавшись ответственности.

– Я знаю!
– Арина, не в силах усидеть на одном месте, вскочила на ноги и заметалась по кухне, словно пойманная птица.
– И меня это убивает. Почему она не спросила моего разрешения? Почему скрывала свою болезнь?

– А если бы она спросила твоего согласия, что она бы услышала?
– Соня с легкой иронией следила за передвижением подруги, склонив голову набок.

Арина остановилась как вкопанная, пытаясь найти среди хаоса своих мыслей ответ на заданный подругой вопрос. Действительно, разве это что-нибудь изменило? Да, быть может это бы ее подготовило, не стало такой неожиданностью... Но, узнай она о болезни сестры, единственного близкого ей человека, тут же бросила все и сбежала бы к Маше. Не задумываясь, не отдавая себе отчета.