—говорит летописец,—который подбривал голову и отпускал на верху головы чуирину,

заплатил жизнью за свое щегольство» *).

Духовенство повсюду призывало на брань и старого и малого. «Приспел час,

желанный час!—вопияли священники:—время возвратить свободу и честь нашей веры!

Века проходили, и православная вера терпела постыдное унижение. Нам не давали

даже убежища для молитвы. Все наши приходы, церкви, обители, епархии—в руках

латин и унитов... Латинам дают доходные места, а бедные православные восточного

благочестия страдают в нищете. Жиды для панов лучше вас; жиды управляют их

имениями и попирают бедных христиан. Пора, пора! Ополчитесь за свою жизнь! Бог

благословит вас и поможет вамъ» 2). По показаниям, произнесенным под пыткой

пленными козаками, львовский владыка Арсений Желиборский тайно посылал козакам

порох, пули и свинец; то же делал луцкий владыка Афанасий и, между прочим, прислал

Кривоносу несколько пушек, называемых гаковницами; священники списывались

между собою, сообщали друг другу вести и посредством их во всей Южной Руси знали

чтб происходит в том или другом месте, где находятся козацкия и польские военные

силы и сообразно тому поступали 3).

Римско-католическая святыня предавалась поруганию: костелы грабили и

сожигали; образа католических святых простреливали, рубили, уродовали 4); ксендзы и

монахи были обречены на муки без милосердия и без исключения. Их топили, вешали,

сдирали с них кожи; нередко нападали на них среди богослужения и засекали до

смерти перед алтарем, насиловали монахинь в храмах, топтали ногами святыню и

кормили лошадей, привязавши к алтарям ь). Народная месть преследовала и мертвых:

ожесточенные восстанцы врывались в усыпальницы, извлекали тела и кости и

разбрасывали; остервенение их было до того велико, что, по словам очевидца, многие

снимали с мертвых одежды, надевали на себя и ходили в них без страха 6).

Но всего неумолимее поступали восстанцы с иудеями. Один ускользнувший от

гибели раввин, извещая своих единоверцев за границею о горе, постигшем их братию,

сравнивает эту эпоху с временами знаменитых гонений, каким подвергался в древности

народ Божий. «Свитки закона,—-говорит он,— были извлечены из синагог; козаки

плясали на них и пили водку, а потом клали на них иудеев и резали без милосердия;

тысячи младенцев были бросаемы в колодцы и засыпаемы землею».

В Ладыжине, по известию этого современника, козаки собрали несколько тысяч

иудеев, связали их, положили на лугу и стали говорить им:

а«Зачем упорствуете в ваших заблуждениях? Веруйте в нашего Бога, почитайте св.

крест так, чтоб мы были един с вами народ; и вы были бы

*) Летон. Самов., 16.

2) Stor. delle guer. civ., 25.

3) Jakuba Michaf. Ks. Pam., 93.

4) Памяти, киевск. коми., I, 3, 276. Jemiolowsk. Pami^tn., 4.

5) Памяти, киевск. коми., I, 3, 270.—ffist. ab. exc. Wlad., IV, 22. й) Летоиг. Самов., 11.

Pamietn. Jemiolowsk., 4.

184

живы и невредимы; и мы отдали бы вам все ваше добро, и вы были бы так богаты,

как дворяне».

«Но верный народ Божий,—говорит раввин,—возгнушался жизнью в этом мире;

все иудеи возвысили голос к верховному, седящему в вышних на небесах, Богу и

молились: 0, Иегова, Бог наш единый! Тебе всяк час приносим мы себя в жертву!

Помоги, Боже Израилев, пребыть нам в твоей вере!»

Они пели псалмы; козаки еще раз хотели преклонить их и говорили им

угрожающим голосом:

«Вы сами проливаете кровь свою, сами виновны, если мы перебьем вас: зачем

ругаетесь над святою верою нашею?»

Иудеи отвечали:

«Не медлите и делайте сейчас, что хотите делать. Наш Бог есть единый царь неба и

земли: сей Бог да будет нам милостив! вы же только слуги Бога, посланные для

истребления нашего: ибо только подобных злодеев, смерти повинных, избирает

Господь для совершения своего страшного приговора; благочестивый же не совершит

дела проклятия. Вы враги наши и ненавидящие нас, а потому достойные исполнители