часто без позволения своих старших. Таких называли козаками. От XVI века осталось у

нас несколько свидетельств о татарских козаках. Так Василий Иванович, великий князь

московский, жаловался турецкому падишаху, что азовские и белогородские татарские

козаки беспокоят пределы Московского Государства, помогая Литве, которая тогда вела

войну с Москвою 1). В 1510 году великий князь литовский Сигизмунд I жаловался

крымскому хану, что на литовские области нападают перекопские козаки, а в 1516 году

крымский хан Махмет-Гирей объяснил тому же литовскому государю, что

происшедшее перед тем нападение татар на Украину сделано было своевольными

татарами, белогородскими козаками 2). Несколько позже, при Сигизмунде-Августе,

известны были козаки татарские: в грамате 1561 года, писанной черкасскому старосте,

этот великий князь

Ч Дела Крымские. Моск. Арх. Ин. Дел.

2)

Szajnocha. Dwa lata dziejow naszvch, 1, 41.

16

литовский сообщает, что перекопский царь писал к нему о двадцати четырех

козаках белогородских, которые пожелали вступить в службу литовского государя.

Приложенные при этой гранате имена двадцати-четырех Козаковъ—все татарские 1).

Русские, принужденные отражать татарские набеги, невольно должны были усвоивать

и те способы и приемы войны, какие употребляли их враги, и, таким образом, у

русских явилось такое же козачество, как было у татар. Возникли и русские козаки. Но

это название в XVI веке еще не ограничивалось значением военных людей: в

Московском Государстве на дальнем севере (1564 г.) были волостные и деревенские

козаки. называвшиеся так в отличие от земских людей и неплатившие, как последние,

тягла по обжам (поземельная единица), имевшие однако свои дворы, лошадей и скот и

занимавшиеся промыслами и торговлею 2). Они не были воины: из других, несколько

позднейших актов видно, что они занимались воскою соли и пользовались некоторыми

исключительными правами по этому занятию. Между тем, в других краях того же

Московского Государства, на нижней Волге, козаками (1582 г.) назывались вольные

работники на судах, что после на Волге назывались бурлаки. Нанимаясь к какому-

нибудь хозяину судна, они звались его козаками. В том же приволжском крае, в те же

времена, козаками назывались и военные люди, не только бродячие, гулящие, вольные,

но и начинавшие составлять под этим именем особое служилое военное сословие,

зауряд со стрельцами а). Отличие тех и других Козаков явно высказывается в актах того

времени; так, напр., запрещается из Козаков, находившихся на купеческих судах, брать

в козаки (а Козаков бы есте с судов у них в стрельцы и козаки не имали) 4). Таким

образом, слово «козакъ» в XVI веке имело очень широкое значение и вообще выражало

в обширном смысле то, что иначе называлось гулящий человек, т.-е. не связанный

тяглом. Это значение подходит к тому, какое и теперь во многих местах Великой

России дают слову «козакъ», выражая им вольного, чаще бездомовного работника.

В Руси, принадлежавшей в XVI веке к Литовскому государству, название «козакъ»

означало воина, но этот воин, однако, занимался промыслами и торговлею; так в

грамате, данной под 1499 годом киевским мещанам, говорится о козаках, которые

плавали вниз по Днепру за рыбою и привозили ее в Киев на продажу 5). При

Сигизмунде I и Сигизмунде-Августе было два рода Козаков: одних набирали старосты

из королевских местечек и волостей; другие собирались в вольные шайки и выбирали

сами себе предводителей. Первые назывались по имени своего старосты и

предводителя, как в Московском Государстве работавшие на судах козаки назывались

именем хозяина судна, на котором они служили. Так под 1503 г. мы встречаем

черкасских Княжь-Дмитровых Козаков в).

С учащением и усилением татарских набегов развивалось и усилн-

валось русское козачество. 1516-й год обозначается историками как период уже