Она была красива и стройна,

хоть роста невысокого, особо

глаза миндалевидные зазнобы

мне нравились, которые сполна

лучились мягким, бархатистым светом.

Румянец на щеках, большая грудь,

два лепестка красивых губ, что чуть

блестели влажно, маленький при этом

был ротик у нее – я был влюблен

во все это – прическа под гарсон

135

ей очень шла, на ней был пышный фартук,

и слева на груди ее значок

виднелся комсомольский; каблучок

ее сапожка упирался в парту;

из-под короткой юбочки видны

мне были восхитительные ножки

с сомкнутыми коленками, дорожку

я мысленно прокладывал в иных

местах, закрытых взору, вроде…

м-м… внутренней и внешней части бедер…

136

Ах, что такое счастье?!.. Может быть,

вот этот миг: она сидит напротив,

ты ей небезразличен даже вроде,

директор может вечность говорить,

и даже я с ним в сердце соглашуся,

и все-таки, бросая редкий взгляд

на Ладу, я, конечно, прежде рад

тому, что она рядом, что замкнулся

круг жизни: вот она, а вот он, я;

я счастлив; что еще желать, друзья?..

137

Но жизнь не терпит статики, и время

неумолимо… Клич: остановись,

мгновенье, ты прекрасно! – правит жизнь

на формулы иные, так что семя

раз уж упало в почву и взошло,

пройдет весь путь, до гибели, конечно;

и раз уж наша жизнь так быстротечна,

считай тебе, читатель, повезло

со мной: ведь я одним воображеньем

длю для тебя ушедшие мгновенья…

138

Последнее, конечно, никого

утешить не способно… Ну да ладно…

Вернемся в школу… Я иду нарядный

на дискотеку, более всего

горжусь обновкой: черным и блестящим,

с карманами большими, пиджаком

из кожезаменителя. О ком

я думаю в моменте настоящем –

вам ясно, кажется – о Ладе: будет, нет

она на дискотеке?.. Что-то мне

139

подсказывает: будет… Отчего я

почти уверен в этом, не могу

ответить прямо; я, напротив, лгу,

что вряд ли она будет, но другое

подсказывает сердце: будет, да.

И вот боясь спугнуть удачу что ли,

я приближаюсь к трехэтажной школе,

гляжу под фонарем на провода,

где голубь одинокий чистит клювом

себе крыло; в предбанничек с поддувом

140

вхожу, потом в фойе, к тугой двери

подставив пятку, чтобы дверь за мною

не сильно хлопнула; в мгновение волною

меня накрыло звуковой: то ритм

известной песни сотрясает стены;

в спортзале дискотека; я иду

среди ребят и завуча, узду

ослабившей, поскольку милой сцены

свидетелем являюсь, как она

девчонку обнимает у окна

141

по-матерински… По ступенькам ниже

спускаюсь, галереей в пять окон

иду, гляжу на стенку, где знаком

мне каждый кубок в нише, где увижу

свою фамилию на ватманском листе,

натянутом на некое подобье

багета; я читаю как надгробье

свое, со стороны чуть, лестный текст –

там сказано, что рекордсменом школы

являюсь по стрельбе я… Но веселый

142

знакомый крик раздался за спиной:

то Семка нагоняет меня – школьный

дружок мой близкий. Как и я довольный

он настоящим; завтра – выходной,

что делает еще приятней вечер

сегодняшний. В спортзале полумрак

и грохотанье музыки – то так,

то этак светомузыка на плечи

танцующих льет свет, а у стены

стоит средь хулиганистой шпаны

143