В следующий момент он вскочил на подоконник. Все произошло так быстро, что военные даже не поняли в чем дело. Он сорвал со ствола белую тряпку, взял автомат в правую руку и направил дуло себе в висок, большим пальцем нажал на спусковой крючок. Раздался выстрел и Игорь упал вниз со второго этажа прямо на асфальт.

Ошарашенные случившимся, и всеми предыдущими смертями друзей, парни сели вдоль стены в коридоре и стали ждать. Внизу, у входа в здание, раздался голос:

– Эй, там наверху, встаньте возле стены, поднимите руки, чтобы мы их видели. Предупреждаем, одно малейшее, неправильное движение, и мы открываем огонь на поражение. Вам все ясно?!

– Да, можете нас брать,- сказал за всех Сашка Воробей,- у нас раненный в ногу, он стоять не может.

– В ногу не в руку, пусть тоже поднимет руки.

– Он потерял сознание.

– Ладно, стойте, где стоите.

Внизу военные стали растаскивать шконки, освобождая проход.

Бунт жестоко подавлен

Одновременно ударили башенные пулеметы с двух БТРов, находящихся за воротами промзоны. Симута и Сибирский услышали, что в жилой зоне тоже начался обстрел из пулеметов.

За баррикадой не было никаких укрытий, все открывалось, как на ладони. Если в жилой зоне находились два двухэтажных здания по обеим сторонам баррикады, то осажденные в промышленной зоне такой возможности не имели.

Пули со звоном цокали о металл, или уходили в сторону цехов, казалось, стреляли целую вечность. Осужденным пришлось залечь или прятаться, где придется. Некоторые бросились к цехам, ища укрытия в помещениях, и тем самым ослабили оборону.

Первый бронетранспортер сдвинул кучу нагроможденного железа и остановился. Затем сдал назад и стал производить следующие попытки.

Мало по малу все заключенные приходили в себя от артподготовки, и расположись по краям баррикады. Основная масса приготовилась к атаке на БТРы. В очередной раз вздрогнула преграда и поддалась под натиском машины, но в тот же миг десяток бутылок с горючим пронеслись в воздухе и подожгли БТР. Он отъехал далеко назад, где попал под струю воды, направленную пожарными. Пламя удалось быстро погасить, и только темные пятна напоминали, что минутами раньше машина полыхала в огне.

Направив ствол пулемета поверх баррикады, и открыв ураганный огонь, бронетранспортер рванулся на укрепление, сходу раздвинув нагромождения их металла, вырвался на площадку перед производственными цехами. Проехав метров двадцать БТР резко развернулся, и стал отсекать пулеметным и автоматным огнем основной проход от осужденных. Второй БТР уже въехал на территорию промзоны и занял удобную позицию для десантирования солдат. В освободившийся проход пошли спецподразделения солдат, вооруженных щитами и дубинками.

Заключенные бросились на них с железными прутами и палками, но были отброшены назад. Симута успел кинуть второпях один взрывпакет, который разорвался в гуще военных, создав тем самым некоторое смятение в их рядах. Бойцов, зацепленных шариками и осколками, отправили в тыл. Прозвучала команда капитана и солдаты, сомкнув ряды, снова двинулись на восставших.

Пока заключенные отвлеклись на солдат со щитами, десант мотострелков высадившийся с БТР занял позиции и бил короткими автоматными очередями поверх голов.

Картина, конечно, была ужасная, хоть пули свистели и высоко над головой, но когда стволы автоматов опускались до уровня груди осужденных, по спине пробегал неприятный холодок.

Оказавшись зажатыми с двух сторон, заключенные небольшими группами попытались прорваться сквозь ряды солдат. Симута в спешке не мог зажечь второй взрывпакет, и это стоило ему большой неприятности. Заградительные щиты разомкнулись и на восставших устремились воины, одетые в бронежилеты, каски, с дубинками и саперными лопатками. Один из громил встал на пути у Васи Симуты, пытавшегося защититься обрезком трубы. Солдат ловко увернулся и ударом саперной лопатки по голове опрокинул Симуту на землю. Васе еще повезло, что удар пришелся плашмя. Сибирский увидел, как его кореш упал, и в тот же миг со всего размаху арматурой врезал солдату в область шеи. Несколько заключенных отбиваясь от напиравших военных, успели подхватить Симуту и потащили в сторону цеха. У Васьки из запазухи вывалился взрывпакет. Сибирский подхватил его, и на бегу поправляя фитиль, поджог. Мотострелки на какие - то секунды запоздали с передислокацией и были потеснены толпой в пятьдесят человек. Кто-то из солдат не выдержал и почти в упор полоснул очередью перед заключенными. Раздались крики, сопровождаемые отборными матами. Сибирский, заметив, как солдаты раскололи на части их "войско", крикнул что есть силы:

– Братва, прорывайтесь к цехам. Группами, группами бегите! Куда в жилзону! Вы что, с ума спятили?
– Кричал он группе, в которой насчитывалось человек двадцать.

Леха размахнулся взрывпакетом и крикнул:

– Братва ложись!

Бомба пролетела над мотострелками. Раздался взрыв: железным горохом осыпая остолбеневших солдат. Бойцы никак не ожидали бомбардировки со стороны зэков. Кто успел прикрыться щитами, тому повезло. Послышались крики раненных и призывы о помощи.

Группа заключенных во главе с Лехой Сибирским, все-таки прорвалась сквозь строй солдат и заскочила в помещение цеха. Они закрыли на засов большие ворота, и в добавок подперли арматурами. Васька Симута постепенно приходил в себя от удара по голове. Обнажился оголенный череп под лопнувшей кожей, и по лицу струился ручеек крови.

– Кто нибудь, дайте тряпку,- попросил Леха и, приняв чью - то рубаху, наложил повязку на голову раненного друга.

– Что будем делать Леха?- спросил один из заключенных,- они сейчас БТРом вынесут ворота, и нам точно подкрадется копец.

– А что делать пацаны? Оружия у нас нет, обороняться нечем, нашим видно нелегко там приходится, слышите пальба, какая идет.

Один из зэков сложив из ящиков пирамиду, взгромоздился на нее и посмотрел в окно.

– Пацаны,- выкрикнул он с тревогой,- менты в зону ломятся. Блин, смотри, что творят гады, они наших месят щитами и дубьем. Бр-р-р-р!
– издал он звук,- прикиньте пацаны, они прямо рубят лопатками.