Зажгли две коптилки и при тусклом свете, стали разбирать продукты. Мирон вытащил из мешка прихваченную с собой из кабинета лейтенанта бутылку с какой-то жидкостью и, сбив с горлышка сургуч, зубами открыл пробку. Понюхал и восторженно произнес:

– Спирт! На сухую отмечать боевое крещение нам не придется.

Распечатали консервы и выложили брикеты, предназначенные для армейского, сухого пайка.

– Предлагаю выбрать интенданта,- засмеялся Мирон.

– Миша подойдет на эту должность?- весело спросил Илья.

Шутя, все подняли руки.

– С этого дня, Михаил Берестов, каждая крошка хлеба будет под твоим строгим контролем,- похлопал его по плечу Петр.

– Мужики, а давайте по-военному отнесемся к нашей группе,- серьезно заявил Берестов,- если мы собрались дальше воевать с коммунистами, то нам стоит выбрать себе командира.

– Я тоже так считаю,- поддержал Михаила Илья.

– Как будем выбирать, по какому принципу?
– обратился ко всем Мирон.

– А что тут думать, пусть Илья будет нашим командиром,- предложил Петр.

– Хорошо,- согласно кивнул Мирон,- я без притязаний на эту должность, как все решат, так и будет, тем более Илья сегодня доказал, что способен быть настоящим командиром. Все согласны?

Петр и Михаил дружно закивали головами.

– Спасибо мужики за доверие, но хочу вас огорчить, мы не в армии, чтобы решать подобные вопросы. Формально, я конечно не откажусь выполнять функции командира, но требовать от вас субординации, я не стану.

– Слова, достойные хорошего человека,- Мирон протянул руку и крепко пожал ладонь Ильи.

Когда выпили за операцию и избранного командира, стали решать, что же делать дальше, как и когда наведаться в Михеевку?

– Нужно выждать, чекисты не настолько глупы, чтобы не выставить охрану в правлении,- советовал Мирон.

– Я думаю, они создадут свой отряд из вооруженных активистов-комсомольцев.

– Судя по добытым документам, нам стоит сначала убрать председателя Паршина и его заместителя, бывшего сторожа Монитовича, они повинны в подложных обвинениях на наших односельчан - это первые доносчики.

От выпитого спирта, смелые мысли лезли в голову.

– Значит, постановили, в расход этих гадов. А как же быть с остальными селами и деревнями, там тоже нужно проводить операции, - смело предложил Петр.

– Не спешите друзья, нам необходимо надежное место для базирования, чтобы мы могли там спокойно отсиживаться после операций, и лучше Черного камня, нам не найти.

– Что это у вас за таинственные названия такие? Черная Речка, Черный камень.

– Еще черное озеро есть,- улыбаясь, сказал Петр.

– Я слышал, эти названия имеют свои легенды и связано все с далеким прошлым,- объяснил Илья, - Черный камень - это остаток крепости, которую воздвигли донские казаки, защищаясь от сибирского хана. Песок на Черном озере имеет черный цвет, нигде не встречал подобного.

– Ух-ты! Как интересно,- подключился Мирон,- кстати, моя гражданская профессия - горный инженер, я окончил институт и успел побывать с экспедицией на Сахалине, но Первая Мировая перечеркнула мою жизнь, мне пришлось стать военным. Илья, что ты там говорил о Черном камне и создании базы?

– Под той глыбой пустота, я находил там с парнями заржавленные сабли и наконечники от копий - это еще раз доказывает, что в наших краях происходили исторические события. Но добраться без проводника до камня невозможно, нужно знать "тропу" через топи. Охотники не отваживаются туда ходить, потому я предлагаю, отсидеться в этой пещере, а после нашего "дружеского визита" к председателю, уйти на болота.

– Вы с Петром здесь аборигены, вам и флаг в руки. Кстати, я все тебя слушаю и мне твои "черные" названия подсказали одну мысль: помнишь Илья, я оставил знак на воротах?

– Черная стрела?

– Да, хочу вам кое-что рассказать из своего боевого прошлого. Довелось мне в 20-х годах служить у Колчака в контрразведке. Был у нас пожилой полковник, фамилия у него интересная - Шилохвост, так он научил меня из любого оружия стрелять, даже на слух из нагана поражать противника, и еще много чему полезному, что пригодилось мне в ведении боевых действий. В Омске были расквартированы наши части, иногда мне поручали проводить наблюдение за разными подразделениями, а особенно казачьими, в гражданскую войну на которых, возлагались большие надежды. Прибыл я, значит в Томскую область, там располагалась знаменитая по тем временам казачья сотня. Я как раз был уполномочен помогать казакам со стороны штаба белой армии, и передавал разные приказы из ставки главнокомандующего. Эта сотня охотилась на красных комиссаров, тогда их в Сибирских краях хватало, они запугивали местное население, распространяя слухи, что наша сотня вырезает всех подряд крестьян, не взирая, на политические взгляды.