– Семена?!

– История давняя, но кто-то ею воспользовался. Помнишь, я тебе рассказывал, когда Семен свою корову, загнанную в колхозное стадо вывел со скотного двора.

Илья хохотнул:

Конечно, помню, он тогда ее в валенки "обул", чтобы следов не осталось. Так об этой хохме уже все забыли давно.

– Вспомнили сынок, и по всему видать Монитович - бывший сторож фермы приложил к его аресту руку. Я сам понимаю, что у нас тоже творится что-то, но как разузнаешь, правление колхоза все в секрете держит. А что там твой знакомый о нашей фамилии спрашивал?
– спросил Тимофей, переводя разговор на другую тему.

– Я и сам толком не понял.

– Ладно, сынок айда пропустим по маленькой, да пойдем по родне походим, должен же я такого красавца своим показать.

Ближе к обеду, Михеевы обошли несколько домов, повидавшись с родственниками. Зашли к Коростылевым и все вместе вышли на улицу. Собравшись возле водоема, стояли небольшой группой, обсуждая дела и новости, как на другой стороне пруда увидели ехавших на телеге, запряженной в лошадь, председателя с членами правления колхоза. Несколько мужиков махнули им для приветствия, но председатель, как будто бы занятый разговором, не ответил.

– Ишь Паршин рыло воротит,- сказал Миша Коростылев, - как сдружился с Топильниковскими "жандуями", так на две головы выше стал.

– Это ты кого жандуями назвал?
– мрачно спросил отец Миши - Егор Тимофеевич.

– Тех, кто нашего Семена упрятал в каталажку.

– Егор Тимофеевич,- обратился Илья, - я узнаю о Семене, вот приеду в Новосибирск и сразу же подключусь.

– Ты уж постарайся Илюш, мы до власти достучаться не можем, словно в трубу кричим, а в ответ только эхо.

– А что отвечают?

– Следствие началось, говорят: если не виновен, значит отпустим.

– Ага, жди от них, отпустят, - зароптали мужики.

– Я тут на медне в Шигарке был, так мой брательник такие страсти рассказывал, что у них в округе аресты прошли: уводили, даже не объясняя, за что, один ответ: "Там разберемся".

– Илья, ты там ближе к "Богу",- пошутил односельчанин,- может знаешь, скольких еще "врагов народа" будут разыскивать, что-то нынче многие жалуются на аресты?

– Я военный человек, не из того ведомства.

Вдруг в метрах двести от пруда, под горкой все заметили, как стайка ребятишек бегом направляются в их сторону. Они что-то кричали, махали руками, указывая в сторону реки.

Миша Коростылев подтолкнул вперед паренька, лет четырнадцати и сказал:

– Вань, ну-ка узнай, что они галдят, может баржа с продовольствием пришла?

– Да рано еще, обещали в начале месяца,- подхватил кто-то из мужиков.

Ванька ловко пробежался по двум бревнам, проложенным вместо плавучего моста и, разузнав что-то у ребятни, поспешил назад.

– Там говорят, баржа на середине реки остановилась.

– Ну, вот, я же говорил, продукты привезли, - обрадовался Миша.

– Да нет, председатель каких-то военных на берегу встречает, их там много в лодках,- сказал Ваня.

– Кого много, военных?
– тревожно переспросил Илья.

– Ага, мальчишки говорят, что они все при винтовках.

Мужики вопрошающе переглянулись и все, как по команде уставились на Илью.

– Вань, ты не спросил в каких фуражках военные?

– Не-а.

И тут все увидели, как большая группа людей поднимаются на горку и направляются в сторону дома, где располагалось управление колхозом. Илья сразу по форме определил, что это были сотрудники НКВД, офицеры одеты в гимнастерки и синие галифе, а солдаты в однотонную военную форму. Действительно, все сотрудники были вооружены: кто винтовками, а кто наганами, спрятанными в кобурах.

От толпы отделился член правления и, подойдя к берегу пруда, крикнул:

– Эй, мужики, председатель приглашает в здание правления, с области большие люди приехали, идите все на собрание.

– Что это, в воскресный день и какое-то собрание?
– спросил Михеев Тимофей у сына,

– Похоже, правду говорит, собрание будет, раз всех односельчан приглашают.

– А почему столько военных?

– Не знаю,- задумчиво ответил Илья.

– Ну, что мужики, так и будем стоять да гадать, пошли к председателю,- подбодрил всех Егор Коростылев.

Всей группой, мужики направились вдоль берега в сторону правления колхоза "Красный партизан".

Народу в зале набилось много, и как заметили односельчане, именно те, кого созывали посыльные по избам. Илья сосредоточенно наблюдал за сотрудниками НКВД, действовавшими четко по команде, и когда прибыли последние односельчане, за которыми послал председатель Паршин, дверь закрыли и несколько бойцов встали на пост. На удивление всех собравшихся, женщин было мало, всего трое, а остальные - мужчины. Илья удивленно посмотрел на людей, разместившихся за столом президиума: среди двух офицеров он заметил Романова Сергея. Он тоже увидел Илью, но не подавал вида.