Королева встаёт и кивает – как будто согласна с моими мыслями.

– Д-да. И я н-не б-буду т-тебя п-пока уб-бивать. Рад-ди т-тебя Рэян сд-делает всё. А т-ты в-всё равно ум-мрёшь. Мн-не не выг-годно уб-бивать т-тебя сейчас, - она говорит так, будто саму себя в этом убеждает. И я молчу – мне нечего ей сказать. Я даже не могу придумать, что сделать, чтобы она перестала смотреть на меня, как на врага.

Но кое-что спросить я должна:

– Ваше Величество, - королева замирает в дверях. Боится? – Почему вы меня прокляли?

Оборачивается. И снова этот ненавидящий взгляд.

– П-потом-му чт-то Рэян люб-бит т-тебя. А он д-должен б-быть м-мой – т-только м-мой, - как ребёнок, у которого забирают игрушку. Вот только у этого ребёнка игрушка всего одна.

– И только поэтому? – я всё ещё не могу поверить. Кого-то можно любить настолько сильно, чтобы причинять вред? Она же делает больно этому Рэяну. И явно собирается шантажировать с моей помощью.

– К-конечно. Р-разве м-мало?

Мне действительно нечего сказать – я её просто не понимаю. И королева резко отворачивается, возится с замком и потом идёт, спотыкаясь – прямо как я с моими больными ногами – по тёмным ступенькам наверх. Мимо стражников – как в тумане. Интересно, она их вообще замечает? Или видит только туман?

Бедная девушка.

***

Илва

Я оттягивала разговор с Рэяном как могла. То, что он узнал свою морскую девку, говорило только об одном: ещё одно заклятье спало. Он вспомнил.

Ну что ж, проклятья вечными не бывают, я это знала. И какая теперь разница, раз мы муж и жена. Он мой навсегда. Так или иначе, поймёт, что меня нужно любить. Что ему выгодно меня любить. Угрозы – сначала, как кнут. Пряник тоже будет, но позже.

Он полюбит меня, я его заставлю.

Ну а пока – с русалкой я разобралась, ладно уж, пусть живёт. Пока. Всё равно же помрёт – скоро, так что она мне не опасна.

Остались её помощники.

Герцог Никэла Мартин успел исчезнуть, пока стража разбиралась с морской девкой и устроившим скандал при слугах Рэяном – впервые видела, чтобы он так грубо нарушал приличия. Русалка точно сводит его с ума, и это нужно использовать.

Мартина искали. Надо сказать, предприимчивый герцог меня удивил – он почти успел ускользнуть. Почти – его вместе с фэйри сняли с корабля, уходящего в Никэл. И в отличие от фэйри, побережец отнёсся к своему пленению с юмором.

Зубоскалил он в моём кабинете, то и дело бросая странные взгляды на портрет русалки. Уверял, что морская девка его заставила, заколдовала, окрутила – и дальше по списку. Сейчас он тоже не в себе. Но моя красота его немедленно вылечит… Зря он про красоту. Грубую ложь терпеть не могу.

В темницу я его не отправила – пока. Пообещала послать королю Никэла сообщение, пусть он решает, что делать со своим подданным. А герцога пока – под домашний арест.

Вот так скоро все гостевые комнаты займу арестантами…

Герцога увели, я посмеялась, но осадок остался – я думала, этот никэлец умнее. Неужели и впрямь влюбился в морскую девку?

Вот фэйри развлёк меня куда лучше.

Для разнообразия я приняла его тоже в кабинете – спускаться в темницу, к ней, мне не хотелось. И думать об этом даже не хотелось – так что я нарушила давнюю традицию встречаться с фэйри исключительно в пыточной. Ну ладно, здесь же исключительный случай: фэйри, служившие друг другу, мне ещё не попадались.

Этот был интересным. Зверёк не прятал взгляд, смотрел угрюмо и выражал полное ко мне презрение, чем довёл меня до нового приступа смеха. Слыханное ли дело: домашняя зверушка презирает хозяина.

«Раск-кажи мне про рус-салку», - приказала я, обойдя его по кругу. Внешне – ничего особенного, разве что кровь чистая в десятом колене, видно по лицу. Острые черты, колючие.

«Что ты с ней сделала?» - встретившись со мной взглядом, устало спросил фэйри, вместо того, чтобы отвечать.

Забавный. Я подошла ближе – фэйри сжал кулаки, но больше не шелохнулся, пока я проверяла ошейник. Конечно, сломан. Раньше фэйри до такого додумывались, но уже на рудниках, и мы всех таких умников убивали. Впрочем, если гленцы засылают в Дугэл наёмников, то чему я удивляюсь?

«М-молодец», - хмыкнула я, отбрасывая бесполезный ошейник. Фэйри посмотрел на меня, намереваясь, очевидно, взглядом превратить в пыль у своих ног и растереть.

«К-как т-тебя зов-вут?»

«Сильвен», - взгляд фэйри всё-таки отвёл, уставился для разнообразия в окно. Что он там видел, кроме тумана?

«Сильв-вен, - повторила я. – Уб-бить т-тебя, Сильв-вен? Или предп-почитаешь руд-дники?»

«Что ты сделала с Арин?»

«Уб-била», - усмехнулась я, понятия не имея, кто такая эта Арин.