— А ты угадай! Понятно же, что Дакир приказал ему за мной присматривать. Фу!

— Ты поэтому его кулаком огрела? — Одна бровь Киры озадаченно изогнулась. — Типа: «Я и сама мужик, чего сунешься?» — Звонкий смех Киры оказался настолько заразительным, что я не смогла не поддержать.

— Ну я ещё не в вашей секте, так что терять было нечего.

— Ошибаешься, девочка. — Улыбка Киры перестала быть такой яркой. — Тебя жизнь нечему не учит. Это Крест! И каждый здесь получает то, что заслуживает. Не важно на каких ты тут правах, только если ты не сам Бог! Давно кнутом по спине не получала? Поздравляю, теперь на твоём счету ещё одно наказание, и тебе повезло, что Блейк ничего не видел!

— Что?! — От возмущения я вскочила на ноги, но Кира одним рывком усадила меня на место. Это абсурд! — Ты шутишь, да? Ты точно под кайфом. Или пьяная?!

— О нет, сегодня я ещё не употребляла.

Я злобно фыркнула:

— Там были сотни очевидцев! Пусть Дакир спросит у кого хочет: я защищалась!

— И от Чейза? — На этот раз Кира изогнула две брови, её глаза лукаво блестели.

— Перестань, — хмурясь, выдохнула я. — Как же меня достали эти ваши правила…

— В Скале было лучше?

Я смолкла.

Если честно, то я даже не знаю, где лично для меня было лучше. Наверное при выборе между двумя мирами: миром До, и миром После, я бы выбрала мир После. Потому что прежний мир был не для такой как я. Я бы просто не смогла в нём буднично существовать. Так и при выборе между Скалой и Крестом… В Скале я выживала. А в Кресте меня выживают.

— И что за наказание?

Кира дёрнула плечами:

— Точно не знаю, но в штабе, на стене приказов, твоё имя обведено опасным красным кружочком и это не значит ничего хорошего, поверь на слово.

— Охотно верю.

Кира убрала бинты в сторону и громко ахнула.

— Святая дева Мария, что у тебя со спиной?!! — заорала она, тряся руками. — Это Брей тебя так?! Я убью его! Чёрт, я убью его!!! Я загоню ему воздух в вены, пусть сдохнет, имбецил проклятый! У меня нет на тебя больше лекарств!

— Что, так хреново?

— Слушай, детка, — Кира возникла передо мной, уперев руки в бока. — Я тебя не зашивала, понимаешь? У тебя итак останутся здоровенные рубцы, если, конечно, и они останутся! Порезы опять кровят и молись, чтоб не началось воспаление!

Кира выхватила со шкафчика две пачки бинта и стала яростно разрывать упаковки.

— Вот это, — она взглянула на меня, — тебе не предназначалось. Вот это, — она кивнула на мой грязный бинт, — был последний бинт, разрешённый медицинским комитетом на тебя переводить. А вот это, — она кивнула на прозрачный пузырёк на столике, — заживляющая мазь, за которую мне оторвут голову. Так что просто запомни, девочка, я очень не равнодушна к шоколаду и к любой выпивке свыше двадцати градусов. Так что если вдруг…

— Да-да, я поняла…

Кира застыла:

— Нет, я серьёзно, если Блейк, или кто-то из комитета узнает, спину вспорют и мне!

— Тогда почему ты мне помогаешь?

Почему все в этом секторе мне помогают?!

Кира откупорила пузырёк с мазью и взглянула на меня поверх очков:

— Потому что ты гораздо больше достойна получить этим бинты, чем какой то отморозок вроде Брея!

Уйдя из кабинета Киры, я кое-что прихватила с собой — большие металлические ножницы; думаю ими можно просто отлично подстричь волосы! Кира, конечно же, взяла с меня клятву, что я не вспорю ими кому-нибудь живот, и только тогда отпустила. Живот я никому вспарывать не собиралась, но на её месте всё равно не стала бы доверять их такой, как я.

Постельное бельё я получила ещё вчера. Я сказала постельное бельё? О, нет, это всего лишь потрёпанный кусок плотной ткани, издалека напоминающий одеяло, подушка — маленький свёрточек набитый перьями сомнительного происхождения, может даже голубиными, и не большое полотенце похожее на решето. А я так рассчитывала хотя бы на простынь для грязного вонючего матраса. Кажется, моё везение окончательно ушло в отпуск.

Я вывернула на кровать всё содержимое рюкзака, собираясь провести инвентаризацию. Что ж, пожитков не много, но они мои, и я их честно заработала. Ну ладно, кое-что украла.

Зубная щётка, пол тюбика пасты, кусок хозяйственного мыла, маленькая баночка с остатками шампуня, деревянная самодельная расчёска, блокнот с рисунками Кристины, огрызок карандаша, фальшивый бланк о сдаче крови, пинцет, одна третья коробки спичек, чёрные нитки с иголкой, два одноразовых станка, которые давно превратились в очень и очень многоразовые, упаковка прокладок, двое трусов, один лифчик, две пары залатанных носков, джинсы с оторванной штаниной, огромный растянутый свитер серого цвета, кофта с капюшоном, запасная футболка, вязаная шапка и толстая книжка Р. Докинза «Эгоистичный ген»— книга про ДНК. Ещё осталось кое-что из еды — вяленое мясо кролика, немного сушёных грибов, помятая фляга с остатками жёлтого пойла и банка сардин, плюс немного медикаментов — пол баночки антисептика, две таблетки аспирина, пластинка таблеток от кашля, глазные капли, ампула новокаина и… и всё. Вроде и не много всего, но в рюкзак влезало с трудом.