Мой ответ – не совсем. Я не собирался делать тебя рабом своей воли, юная Лили.

Рассветное солнце ласкало тело Амона, и его кожа слабо сияла. Хотя было страшно

неправильно пересечься с ним в одном здании, но и на том же этаже и в той же комнате, где я жила, я была удивлена тому, что рада видеть его, пусть и такого сумасшедшего

преследователя.

Будь я умнее, я вызвала бы полицию или охрану, но это желание было таким слабым, и я не могла заставить себя чувствовать ничего, кроме облегчения. Амон был рад видеть

меня невредимой.

Конечно, я должна была помнить, что ответом было «не совсем», что означало, что я

как-то связана с ним, как Ренфилд с Дракулой. Может, и многие мысли он вкладывал в

мою голову. Верила ли я ему, или меня заставляли верить? Теперь я не могла опираться на

свои эмоции, чему теперь мне верить?

Я сделала несколько шагов вперед и остановилась, сознание боролось с чувствами.

Солнечный свет окружил Амона, и, клянусь, я видела жар, исходящий от его тела. Холод, сковавший меня в ванной, не отступил полностью, и я бы чувствовала себя лучше в

кровати, но Амон был теплым – как жаркий летний день, проведенный на пляже под

теплым дуновением тропического ветра.

Он уловил мои мысли и улыбнулся, сверкнув зубами на фоне золотистой кожи, и

вытянул руку. Мгновение я думала, достанет ли его тепло до меня, если я коснусь его

руки. Но я тут же сжала зубы, не собираясь поддаваться его манипуляциям, и осталась на

месте.

Скрестив руки на груди, я подавила дрожь и прошипела:

– Ответь мне. Как ты сюда пробрался?

Амон опустил руку и нахмурился:

– Человек, что охраняет золотой ящик, сказал мне.

– Стэн? – я покачала головой. – Нет. Это невозможно.

Он долго смотрел на меня и вздохнул:

– Возможно куда больше, чем ты себе представляешь, Лили.

«Несомненно».

И знакомое ощущение говорило мне убегать. Я попятилась и приблизилась к

открытой двери.

– Чего тебе вообще нужно от меня? Зачем ты меня преследуешь?

– Мы… связаны, Лили.

– Связаны, - сухо повторила я.

– Да. Мое заклинание привязало мое ка к твоему.

– Твое ка? Это что такое?

– Ка – это… - он положил ладонь на голову и отошел, его белая юбка обвивала

мускулистые ноги.

Пока он стоял ко мне спиной, я видела его широкие плечи и сильные руки, которые

были лишь чуть менее привлекательными, чем его широкая грудь и хороший пресс. Я

покачала головой, отвлекаясь. Был ли он самым привлекательным парнем, какого я только

видела, или меня заставляли так думать?

Он резко развернулся и, похоже, не заметил моего взгляда, мои щеки горели. В этот

раз его не беспокоило, привлекает ли он меня. Я нахмурилась, поняв, что мысли были

моими.

– Это как жизненная сила, - продолжил он. – Моя жизненная сила привязана к твоей.

– Я все еще не понимаю. Хочешь сказать, что мы – родственные души?

– Родственники? – в этот раз вспыхнули его щеки. – Нет. Мы связаны не так.

Амон внезапно занервничал и опустил глаза:

– Твои, - он указал на мое тело, - внутренние органы – желудок, легкие, печень, всё, даже сердце – подключены ко мне. Эта связь причиняет тебе боль. Прости, но у меня не

было выхода. Пойми, я не могу жить в этом мире без своих сосудов смерти, поэтому…

Я сжала руку.

– Погоди. Минутку, - сказала я, выделяя каждое слово. – Хочешь сказать, что мои

внутренности ты одолжил, так как не нашел сосуды?

– Да.

– Серьезно?

– Да.

Не было и тени сомнения на его лице.

«Ладно».

Я решила на мгновение допустить это безумие и перевести его слова. Я хотя бы

получила какие-то ответы.

– То есть мне плохо из-за твоего заклинания?

– Верно.

– Тогда… Что ты такое? Органический вампир? – это я хоть понимала, но все равно

не верила.

– Не понимаю «вампира».

– Ну, знаешь. Кровопийца. Ненавидит чеснок. Превращается в летучую мышь.

Красивый демон, избегающий солнца. Что-то типа этого.