Хана и Джек ждали за деревьями, пока огни погаснут.

– Почти пора, - прошептала Хана, посыпая руки Джека остатками муки.
– Удачи!

– Нужно больше, чем удача, - ответил он, повторяя слова Ханы. Было сумасшествием втянуть себя в этот смехотворный план Ронина. Он мог уже напиться. Но что Джеку оставалось, кроме отчаяния?

Свеча мигнула три раза в верхнем окне. Отступать было поздно. Ронин подал знак.

В бледном свете луны, они перебежали дорогу и взобрались на стену. Как только они пересекли сад, Джек заметил свое отражение в пруду, и чуть не выпрыгнул из кожи. Его лицо было шершавым, как старый пергамент. Бобовая паста высохла в темный ягодно-красный цвет, кажущийся еще краснее на выбеленном мукой кимоно, которое теперь было еще сильнее порвано и порезано.

Впервые Джек почувствовал свет надежды.

Этот облик должен сработать.

Хана подтолкнула его. Взобравшись на балкон, Джек почувствовал дыхание и первые капли дождя. Грозовые облака собирались. Нужно спешить. Он кивнул Хане и скрылся в доме.

С театральной яркостью Хана раскрыла шоджи в спальню, и Джек завыл на луну. Панические вопли встретили его, когда торговец и его жена резко сели на футонах. Шок перерос в страх, когда они увидели фантом самурая-гайдзина.

– Верни! Верни! Верни!
– прохрипел Джек, позволяя голосу стать громче и обрушиться, как ветру.

Торговец пришел в себя первым.

– Ч-ч-что вам надо?

Джек вытянул одну искривленную руку, указывая на голову его жены.

– Жемчужина! Жемчужина! Жемчужина!

Жена отшатнулась от злого духа, ее крики разбудили всех в доме. Как по команде, дверь из прихожей вспороли, и Ронин появился с мечом в руке.

– Но... я убил тебя!
– заявил он, на его лице отражался ужас.

– Месть! Месть! МЕСТЬ!

В этот момент небо расколола молния. Это заранее не планировалось. С грозой на фоне, Джек принял демонический облик. Ворчание грома сотрясло дом, и небеса раскрылись.

Но эффект был недолгим.

Джек чувствовал, что рисовая мука сползает с его лица, а паста из красных бобов - с его одежды. Он начал паниковать, что иллюзия призрака исчезнет у них на глазах. Но жена завопила:

– Его лицо тает!

Пользуясь ее заблуждением, Джек завыл:

– И твое растает! Верни жемчуг!

Дама стенала, боясь потерять свою красоту таким непристойным образом.

Джек решил, что он сделал достаточно. Пока его обличье полностью не смылось дождем, он подал знак Хане. Она распахнула дверь, и они взобрались на крышу. Мгновением позже шоджи снова открылись, и Ронин выглянул проверить.

– Онри... он ушел!
– заявил Ронин, его голос был пугающим.
– Но он вернутся... они всегда возвращаются!

19

СВЯЗЬ ТРОИХ

Черная жемчужина лежала в руке Джека, старый друг вернулся.

– Жена торговца просто умоляла меня забрать ее, - объяснил Ронин с издевательской улыбкой на лице. Он сел рядом с Джеком посреди магазина и положил себе немного холодного риса, что он купил на завтрак.

– Не могу поверить, что она купилась на это, - сказал Джек, не в силах отвести глаз от жемчужины Акико, боясь, что все это сон.

– Ты бы видел их лица!
– Хана изобразила сильный ужас и скопировала голос жены.
– Он тает!

Скорчившись от смеха, Хана покатилась по полу, держась за живот. Джек же чувствовал легкий укол вины. Но он напомнил себе, что никого не ранили, никого не обокрали, а жемчужина вернулась к нему. Это был сложный план, но одно было точно, их не преследовали доушины. В этом нужно было благодарить Ронина.

– Спасибо, Ронин. Я у тебя в долгу, - сказал он, бережно прикалывая ценную жемчужину к внутренней стороне кимоно.

Самурай склонил голову в признании. Закончив с рисом, он залил его большим глотком сакэ, затем взглянул на вид улицы в двери, на небо в молниях.

– Дождь стихает. Пора уходить.

– Разве торговец не заподозрит ничего, если ты не вернешься?
– спросил Джек.

– Я сказал ему нанять священника для защиты. Самураи не сражаются с призраками!
– ответил Ронин, поднимаясь на ноги. – Но моя последняя обязанность, вернуть тебе жемчуг и похоронить.

Он довольно фыркнул и достал бутылку сакэ.

– Готов?

Кивнув, Джек сбросил старую одежду на гниющую кучу соломы. Одевшись в свое красивое синее кимоно, он почувствовал себя собой. Чувство оптимизма наполнило его сердце, и он был готов идти за путеводителем.

– Итак, в Киото!
– сказал Ронин, поднимая бутылку в честь этого.

– Киото? Но Ботан направляется в Нара, - сказал Джек.

– А твои мечи в Киото.

– Но...

– Мы договорились. Самурай - ничто без мечей.

– Но у Ботана все остальное, включая инро и дневник моего отца.