стреляет своими внутренностями! Кишечником и водяным

легким. Пока хищник с аппетитом их пожирает, голотурия

удирает. Дней через десять — двенадцать принесенная в

жертву «требуха» снова у голотурии вырастет.

Вооруженные тылы

Жук-бомбардир — настоящий артиллерист. Он стреляет

едкой жидкостью, которая, словно снаряд из миниатюрной

пушки, вылетает из заднего конца его брюшка и в воздухе

мгновенно превращается в небольшой клуб ядовитого

«дыма» — точно шрапнель разорвалась. Когда несколько таких

красно-синих гренадеров открывают огонь, то вся сцена

напоминает поле битвы с птичьего полета. Отстреливаясь от

преследующей его жужелицы, жук-бомбардир выпускает

быстро друг за другом 10—12 химических снарядов. Как

только смолкнут последние залпы мини-канонады, жука уже

нет: он исчез, куда-то спрятался, прикрыв свой тыл

разрывами ядовитого газа.

На поле боя только контуженая жужелица растерянно

«протирает» глаза.

Некоторые лесные клопы обороняются от врагов, подобно

жуку-бомбардиру. Но всем им далеко до него. Только

американец скунс, пушистый зверек из породы куниц, в

стрельбе химическими снарядами достиг не меньшего мастерства,

чем шестиногий бомбардир. Он так уверен в себе, что не

стреляет без предупреждения. Его угрожающая поза очень

забавна. Правда, она вызывает улыбки только у тех, кто не

испытал на себе его оружия.

Скунс — миловидный зверек. Но не вздумайте его

приласкать. Эволюция наделила скунса оружием столь же

необычным, как и эффективным: он, разворачиваясь тылом,

брызжет желтой маслянистой жидкостью, которая пахнет

так отвратительно, как ни одна вещь на земле! Плотная

струя летит четыре-пять метров и метко попадает в цель, хотя

скунс стреляет, что называется, не глядя, потому что

химические железы находятся у него под хвостом. Чтобы дать

залп, он вынужден повернуться к мишени задом. Иногда это,

как говорят военные, одиночный выстрел, а иногда и

автоматная очередь из полдюжины залпов, которые поражают

цель за несколько секунд.

Основное вещество в химическом оружии скунса — этил-

меркаптан. Человек чувствует его (самый отвратительный

на свете!) запах, даже если вдохнет 0,000 000 000002

грамма.

Меркаптановая струя разъедает даже шерсть и кожаную

обувь!

Если попала в глаза, они слепнут тут же, если в горло

и легкие, кровоизлияния поражают их. Снова хорошо видеть

и обонять несчастная мишень скунсовой атаки сможет лишь

дня через два.

Но запах... запах хуже всякой отравы! Это дьявольская

смесь: в ней и «ароматы» аммиака, и сероуглерода, и серной

кислоты, и, конечно, меркаптана, и грязной псарни. По

ветру этот запах можно почувствовать за полмили. А из

помещения, в котором скунс «разрядился», «злой дух» не

выветривается месяцами.

Тот, в кого попала хоть капля скунсовой струи, не

рискнет несколько дней показываться на людях, даже если

хорошенько вымоется и переменит платье. Такой это стойкий

запах. Ничем его нельзя заглушить.

А собаки (слишком уж «нежное» у них обоняние!),

обстрелянные скунсом, падают в обморок! И даже заболевают

после этого: наступает отравление, правда временное, как

после газовой атаки.

Надежно защищенный от злых недругов, скунс никогда

и никуда не спешит. Даже если его преследует стая

неопытных гончих, он не ускоряет шага. Как только псы

приблизятся до черты, дальше которой их подпускать уже

небезопасно, скунс внезапно поворачивается к ним мордой и дает

первый предупредительный сигнал: топает ногами. Потом

поднимает хвост, но конец его еще полусогнут. Боевой

«флаг» полуспущен.

Третий, и последний, сигнал обычно предшествует

газовой атаке — хвост трубой поднимается к небу,

взъерошивается весь. Это означает: «Беги скорее, стреляю!» Затем

следует быстрый разворот и залп.

Малый, или пятнистый, скунс последний сигнал подает

совсем необычно: встает на передние лапы — головой вниз,