Отшумела буря, минула страшная ночь. Взошло

солнце, поздоровалось с умытым росой лесом.

Защебетали v_птички. Не выдержала только

одинокая самовлюблённая сосенка. Её тонкий

ствол сломался. Из глубокой раны струились

густые тягучие слёзы. Стройная вершина

с обломанными ветками валялась на мокрой

земле.

Елин Пелин

Про трёх дураков

Жили некогда три дурака. Отправились они

на заработки. Три дня и три ночи шли и на

дороге тыкву нашли. Стоят над нею и диву даются.

— Что бы это могло быть?

— Эту штуку, пожалуй, есть можно!

— Скажешь тоже!.. Для игры это, для катанья,

не видишь, что ли?

— А я знаю! Это страусовое яйцо. Давайте-ка

выведем из него страусёнка.

И стали дураки друг за другом страусёнка

из тыквы выводить.

А тыква лежала на краю крутой горки,

и как уж там получилось, не знаю, только

она возьми да и покатись. Катилась, катилась

да прямо под куст угодила.

Выскочил из-под куста заяц, усами пошевелил,

уши прижал и дал стрекача.

— Страусёнок! — закричали дураки и следом

припустили.

Заяц по полю мчит — и дураки за ним,

заяц в лес — и дураки за ним.

Лес густой — не поймать зайца.

— Вот так штука! Что же нам делать?

— Знаете что? — сказал самый умный

из дураков. — Вернёмся-ка домой, захватим

топоры, придём и вырубим лес. Вот и поймаем

пострелёнка.

Сказано-сделано.

Вернулись дураки домой, взяли топоры,

хорошенько наточили и отправились лес рубить.

— Я так свой топор наточил, что одним махом

сотню деревьев срублю, — похвастался один.

— А я так свой наточил, что стоит мне

замахнуться, и половины деревьев как не бывало!

— сказал другой.

— Эх вы! — усмехнулся третий. — Я свой топор

только подниму, и весь лес тут же повалится.

Стали они спорить, чей топор острее,

и дошло у них дело до ссоры.

Тут навстречу им едет поп на кобыле,

а рядом жеребёнок трусит.

— О чём спорите, молодцы?

— Так и так, — объясняют. — Будь добр,

батюшка, рассуди, чей топор острее.

— Ладно, — согласился поп. — Давайте-ка

положим ваши топоры в перемётные сумы,

а я пущу кобылу вскачь. Какой топор первым

разрежет суму, тот и острее.

Дураки сунули свои топоры попу в перемётные

сумы, хлестнул поп свою кобылу и увёз их.

Тут дураки догадались, что поп одурачил

их, поймали жеребёнка и говорят:

— Давайте, братцы, снимем с себя одежду

и навьючим на жеребёнка. Пусть у него от такой

ноши жилы порвутся.

Разделись дураки, навьючили жеребёнка

своей одеждой и стегнули его прутом. Жеребёнок

задними ногами брык и умчался со всей поклажей.

— Видите, как он задние ноги подкидывает?

Это у него жилы порвались!

Пошли дураки в чём мать родила. Куда

идти, что делать — сами не знают...

Дошли до одной горы. Солнце как раз за ту

гору закатилось и позолотило своими лучами

тучку на её вершине.

— Гляньте, гляньте! Над горою кусок золота!

— Откуда оно взялось?

— Не иначе как с неба... Слыхал я от своей

бабки, что бабка бабки её бабки говорила

своей бабке...

— Что же она говорила?

— Что на небе золота не счесть!

— Верно?

— Верно...

— Тогда давайте подымемся на гору, — сказал

самый умный дурак, — пробьём в небе дыру

и выцедим всё золото..

Сказано — сделано.

Полезли дураки в чём мать родила на

самую вершину.

Однако и оттуда до неба не достать.

Всю ночь продрожали они на вершине, утром

смотрят — гору густым белым туманом

обволокло, ничего за туманом не видно.

— Ишь ты, что же это такое?

— Это творог нам на завтрак.