ным, тыкали им в грудь пальцем, и перуанцы умоляю-

ще складывали на груди руки и покорно брели туда, ку-

да им показывали. На спины пленных нагрузили всю

серебряную и золотую утварь, найденную в лагере Ата-

гуальпы, драгоценности его жен, тончайшие шелкови-

стые ткани его придворных и ближайших родственни-

ков, и всю эту толпу, немую и послушную, погнали

стан Пизарро. По дороге к забранным присоединяются

добровольцы - жены инки, его домочадцы и слуги. Та-

ков обычай страны: жены и любимые слуги инки долж-

ны следовать за ним не только в плен, но и в царстве

мертвых. Пленных набралось столько, что на каждого,

солдата пришлось .до двадцати рабов.

Пленным было много работы. По указанию солдат;.

они снимали с убитых драгоценные украшения, сносилтт

их в общую кучу, вытаскивали трупы за ограду, рыли

могилы, затирали во дворе кровь. Все это нужно было

сделать .как можно скорее, ибо назначенное в честь Ата-

гуальпы пиршество нельзя отменить. Пизарро строго со-

блюдает обычаи и ни за ,что на свете не нарушит законов

испанского гостеприимства.

Наступила ночь. В покое ,Пизарро зажглись смоляные

факелы и осветили длинные столы с испанскими винами,

жареным мясом и награбленными в королевском лагере

кубками и чашами. Пизарро подошел к Атагуальпе, по

клонился и произнес слова, которыми в течение столетии,

встречали в испанских домах почетных гостей:

– Весь мой дом в твоем распоряжении.

Потом взял пленника за руку и посадил его рядом с

'собой посредине стола, неподалеку от -входа. В отверстие

двери видна была часть двора. Красноватые отблески фа-

келов падали на трупы, которых еще не успели убрать,

и в их дрожащем свете мертвецы, казалось, оживали, за-

костенелые руки двигались, скрюченные пальцы распрям-

лялись. Атагуальпа повернулся, к Филиппильо и отрыви-

сто проговорил:

– Скажи вождю, чтобы он приказал задернуть дверь

занавесью. Я не хочу, чтобы души убитых воинов видели

унижение инки.

Дверь закрыли, и пир начался. Пизарро был дово-

лен всем: победой, добычей, Атагуальпой, своими солда-

тами, небесной помощью. Чтобы благочестиво закончить

столь знаменательный день, он прочел своему пленнику

целую лекцию об истинной вере и о благородстве белых.

– Тебя постигло несчастье потому, что ты надругал-

ся над священной книгой, - объяснял он Атагуальпе с

помощью все того же незаменимого Филиппильо.
– Наш

бог покарал тебя и предал нам. Но не бойся, испанец

благороден и не мстит врагам. Побежденных врагов мы

щадим и ведем войну только с теми, кто сам нам ее

объявляет. Даже если мы можем погубить их, мы этого

не делаем, а прощаем им.

Пизарро ласково улыбается, подливает гостю вино,

подкладывает лакомые куски. Он нежен с Атагуальпой,

как с родным братом. Ведь инка - это конь, на кото-

ром победитель объедет всю перуанскую империю и с

тгомощью которого без сражений и кровопролитий поко-

рит ее жителей. Но коня -гужно приручить. 3а конем

нужно следить, чтобы он не скинул всадника. Коня нуж-

ено держать в почете, чтобы его подданные попрежнему

повиновались ему. И коня нужно беречь, как зеницу

ока.

Атагуальпа слушал ласковые речи и старался понять

них смысл. Почему белые пощадили его? Что им от него

– нужно? Если они такие великие колдуны, они могли 6ы

убить его вместе с прочими воинами и сразу захватить

овсе города его отцов. А если они в самом деле такие

добрые, как они о себе говорят, почему они перебили

тысячи безоружных людей, которые шли к ним в гости?

В ответ на вопросы чужеземного вождя Атагуальпа

время от времени важно кивал. головой. Иногда с вежли-

вой улыбкой произносил несколько слов, которые Филип-

пильо переводил так:

– Я не обижаюсь на вас. На войне все зависит от

счастья. Счастье мне изменило, оттого вы и перехитрили

меня.

Поздно ночью пир кончился. Пизарро пожелал инке