Он ходил и думал, и чем больше думал, тем тревожнее

становилось у него на душе. В Кахамальке, в Куско -

всюду грозят опасности, всюду подстерегает смерть.

Судьба как будто уже закинула петлю на шею старого'

безумца. Что же делать: отступить, итти прямо, свернуть

на столичную дорогу? Кто ответит, кто даст совет?

Пизарро опустился на колени: он молился, но и перед.

распятием он лицемерил так же, как и перед людьми.

– Ты видишь, что цель моя -обратить в христиан-

ство миллионы человеческих душ. Я для тебя несу все

эти труды и иду навстречу опасностям! Так помоги же

мне! Помоги!

Пизарро начало казаться, что и в самом деле ему для

себя ничего не нужно. Не нужно золота, не нужно на-

местничества, не нужно власти нужно только, чтобы

индейцы строили церкви и ходили к падре исповедовать-

ся и причащаться. В сущности, он не завоеватель, а про-

п оведник, апостол. Так пусть же небо его выручит!

– Помоги, пресвятая дева, помоги!
– повторял он.

– И поможет, сын мой, - раздался вдруг голос у

входа.

Пизарро вздрогнул, боясь обернуться. Уж не пришел

лик нему сам архангел Михаил, князь небесного воин-

ства? Нет, это только падре Вальверде, начальник мона-

шеской братии. Лицо у падре Вальверде худое и суро-

вое. Шестьдесят с лишком лет прожил он на свете, рабо-

тая во славу католической церкви. Ему надо подарить пап-

скому престолу миллионы новообращенных язычников.

Если можно, он обратит их словом, если нельзя - мечом.

В случае успеха ему обещали в Риме кардинальскую

шапку. И он готов всем рискнуть и на все пойти. Он

угадал тревогу вождя и пришел его ободрить.

– Как ты можешь сомневаться в небесной помощи,

сын мой?
– начал он.
– Вспомни, за последние два года

вся жизнь твоя - сплошное чудо. Разве не чудом избег

ты смерти на острове Горгоне? Разве не чудо королевская

грамота? Разве не чудо твои победы над неверными? Не-

ужели ты не помнишь, как во время схватки с жителями

острова Пуны над твоим отрядом появился архангел

Михаил со своими ангелами, а над индейцами Вельзевул

со своими демонами и. Михаил победил Вельзевула и бе-

совские полчища с,жалобным визгом улетели?

– Да, верно; верно, - подтверждает Пизарро.

Правда, сам он не видел ни ангелов, ни демонов. Брат

Эрнандо тоже не видел, и Педро де-Кандиа тоже не ви-

дел. Никто, кажется, не видел, кроме отцов доминикан-

цев. Но они видели - значит, так оно и было.

Падре Вальверде говорил долго и горячо. Когда он

ушел, у Пизарро горели глаза, и от недавней робости не

осталось и следа. Рано утром он созвал солдат и обра-

тился к ним с пламенной речью.

– Будьте смелыми, идите вперед, - убеждал он.
–

Бог вступится за нас. Он предаст в наши руки язычни-

ков. Недаром видел я сегодня во сне огненный меч вон

над этими высотами. Туда нам и надо итти. Там - побе-

да, золото, отдых.

По узкой, опасной дороге тронулся испанский отряд к

Кахамальке, поблескивая на солнце латами, шлемами,.

копьями. Раскаленная сталь жгла плечи. Спина ныла под

тяжестью вооружения. Яркий свет отвесных лучей резал

воспаленные глаза. В разреженном горном воздухе сердце

билось прерьпзисто и учащенно, но люди были полны ре-

шимости, и в мерном гулком шаге их как будто звучал

неумолимый приговор судьбы.

Перуанские лазутчики донесли начальству: «Белые

колдуны полезли в горы».

хыц

Необыкновенна, величественна страна, в которую

вступил теперь маленький отряд! Если бы можно было

взлететь, выше, чем летает кондор, глаз увидел бы вот

что.

Горная цепь, высящаяся в двадцати-тридцати милях

от берета, тянется далеко на юг, почти до самого конца

континента. Непрерывной чередой следуют друг за дру-

гом каменные гиганты, один другого выше и торжест-

веннее. Суровой мощью веет от Чимборазо, белая шапка

которого никогда не тает и высоко вздымается над ли-

иней облаков; жуткая ярость подземных стихий, притаив-